Книга Последняя жертва озера грешников, страница 22 – Марина Болдова

— А у нас где эти четверо жили?

— На съемных хатах в разных районах. Парочка Головатый и Олейник — на Московской, Волощук и Соболь — в центре, на Базарной.

— На Базарной? Номер дома?

— Шесть. Первая квартира. А что?

— Восьмой сгорел девятнадцатого. Одна из квартир Ляны Бадони.

— Жены Фандо? — присвистнул Страхов. — А она сама?

— Пропала. Не могу дозвониться. И девятнадцатого же она продала квартиру на Воскресенской.

— Думаете, тоже жертва? — осторожно поинтересовался Артем.

— Даже думать не хочу! — отрезал Сотник и достал телефон. Он сфотографировал четыре паспорта, решив показать фотографии троих мужчин Мальцеву. Хотя сам заметил, что Григорий Соболь как раз подходит под описание вора, предположительно ограбившего, а, возможно, и спалившего эту квартиру Ляны. Настораживало его такое случайное соседство, да и случайное ли? Встает вопрос — кто навел? Кто мог знать, что в такой развалюхе есть, чем поживиться? Можно, конечно, предположить, что Соболь узнал о том, что там жил когда-то коллекционер старинных часов, от хозяина жилья, которое снимал.

— Артем, протокол осмотра на Базарной где?

— Вот, — Страхов дал Сотнику заполненный бланк. — А этот — с Московской, где квартировала парочка Головатый-Олейник. Но обе хаты чистые, личных вещей не осталось никаких, оно и понятно — возвращаться не собирались. Я вот думаю, Михаил Юрьевич, чего это вдруг преступники всполошились и так быстро свернули бизнес? Кто-то спугнул?

— Пономаренко спрашивали?

— Да. Настаивает на том, что она никуда бежать не собиралась, а в чемоданах в багажнике — вещи для поездки в Москву, давно, говорит, не была в столице. Предъявила даже скан договора на съем на шесть суток квартиры в Хамовниках метро Смоленская.

— Не сказала, куда дальше собиралась? После шести суток?

— Планировала вернуться домой. Но обратный билет не брала.

— В других направлениях?

— Ни на самолет, ни на поезд. Сейчас вылететь из Москвы к нам без проблем в течение суток, так что, возможно, и не врет. Но верить ей я бы не стал, очень скользкая дамочка. Дом-то в коттеджном поселке продала! Осталась только квартирка в собственности, так себе, малометражка на Вокзальной, практически у железнодорожных путей. Нет, точно бежать собиралась! Допросили бы вы ее, Михаил Юрьевич, еще раз. На предмет пропавших собственников квартир. Не может она не знать, куда их вывозили!

— В понедельник, — ответил Сотник, думая о том, что, не дай бог, Ляна — еще одна их жертва. Как вариант, работали на банду два нотариуса, Пономаренко и Краевская, то есть — не все яйца в одну корзину. Все семь эпизодов с Пономаренко известны. Только, семь ли? Не факт. Краевская же пока вне подозрений, и о ней знает только он и Юля Морозова.

Пора с Краевской встретиться. И лучше бы ей оказаться ни при чем.

Ляна понемногу успокаивалась, воспоминания становились все более подробными, она начала логически мыслить, оценивая события адекватно.

Обратные билеты из Дрездена были у них выкуплены, они должны были вылететь домой так же втроем тринадцатого июля. Но у Георга к этому дню остались незавершенными переговоры с новым партнером, сосватанным Отто. На семейном совете решили, что Ляна полетит одна, соберет вещи в квартире на Воскресенской и проведет сделку по продаже, поскольку уже назначена дата — девятнадцатое. А после вернется к ним.