Книга Последняя жертва озера грешников, страница 65 – Марина Болдова

Фантазия Юли могла ее завести в такие дебри, откуда выход только один — разобраться до конца. Юля всегда была дотошной, иногда, как говорила мама, нудной до тошноты и упрямой. Но пока, по крайней мере до завтра, цыганская тема закрыта. Сотник попросил пробить новое имя. Наверное, о нем упоминала Ляна, но без подробностей. А ему именно подробности и подавай.

Алексей Львович Валевский на фотографиях выглядел красавчиком — первым делом она открыла его профили в соцсетях. В друзьях — несколько одноклассников и жена. В отличие от нее он посещал он свои страницы крайне редко. Именно в ее профилях Юля нашла полную информацию о ней самой, фотографии мужа и сына, дома, машин, посты о путешествиях и так далее. Валевские жили открыто, Карина писала посты каждый день. Что показалось странным — последнее посещение ею всех страничек было месяц назад. А дальше — тишина.

Официальной информации о Валевском было мало. Но ее хватило, чтобы сделать вывод, что Алексей Львович был законопослушным предпринимателем с доходами от легального бизнеса, налоги платил вовремя и полностью, на регулярной основе занимался благотворительностью — социальным дом престарелых в Ивановке получал каждый месяц энную сумму в русской валюте.

Неожиданная информация ждала Юлю, когда она уже готова была отчитаться перед Сотником — в СК Железнодорожного района на Валевского было заведено уголовное дело по обвинению в убийстве гражданки Гафицы Тамары Ивановны. Преступник объявлен в розыск. Но не далее как вчера дело было закрыто в связи со смертью подозреваемого.

Странная реакция Сотника на это сообщение Юлю удивила: тот как будто ждал чего-то подобного. Фраза «теперь все ясно» прозвучала с удовлетворением, майор поблагодарил и тут же отключился. Свою версию о цыганах Юля высказать не успела.

* * *

В полной темноте, без фонарика, с одной только мыслью — пропаду, так пропаду, Алексей выдвинулся на поиски тропы, о которой говорила Ляна. Он прошел вдоль домов по практически сгнившему настилу до крайнего. От него пять шагов вправо, и нужно войти в лес. Остановился в недоумении — и где же здесь начало той короткой тропы? Он было пробовал пройти сквозь кустарник, задрал голову вверх в поисках «арки», которую описала Ляна. Несколько раз казалось, что вот они, две сосны, у которых сплелись лапы, действительно образуют зеленую арку. И стоит шагнуть в нее — и ты на верном пути. Шагал, но упирался в непроходимую чащу. Выныривал из арки, находил еще такую же, потом еще, и каждый раз оказывался в тупике. Плюнул, решил вернуться в дом, но неожиданно сообразил — он шагал слишком широко. Вернулся к последнему дому, отсчитал пять шагов помельче и вышел-таки на дорожку. Вскоре места показались знакомыми, вроде проходил уже здесь, и точно — еще метров через двадцать услышал журчание ручейка — источник! Набрал воды, а там уже тропа до избы хожена-перехожена.

Подбирался к дому осторожно, вдруг те, кто привел Ляну, все же рискнули вернуться. Хотя бы для того, чтобы проверить, жива ли женщина.

Изба издалека выглядела нежилой. Ни огонька не видно, ни голосов не слышно. Да и дверь все так же подперта бревном. Значит, не было никого со вчерашнего дня.

Первым делом осмотрелся в поисках той ямы, где трупы. Ляна сказала, что та справа от входной двери. Валевский опустился на колени и тут же в нос ударил тошнотворный запах. Здоровой рукой он нашарил кольцо, но крышку люка поднимать не стал. Просто решил поверить Ляне на слово — тела бедолаг там.