Книга Последняя жертва озера грешников, страница 95 – Марина Болдова

Все бы хорошо, но тут вновь Сабитов нарисовался, уголовная его душонка. И началось…

Сейчас Алексею только и оставалось, что вспоминать и анализировать. Где ошибку совершил, за которую теперь платит по полной? Не убийца он, помыслов таких никогда не было, даже Сабитову башку снести не собирался. Может быть, нужно было сразу в полицию идти, как недавно сказал ему участковый. Как только Гафица Дениса украл. Как бабка Нюра сказала — спаси как родного. А он тогда и не понял этого «как». Его это сын, родной. Алексей и сейчас скучал по нему. В памяти — полные слез глаза там, в машине, когда поцеловал на прощание и захлопнул дверцу. Еще рукой помахал, не подумав, что не увидел малец его прощального жеста через тонированное стекло.

Тогда даже в мыслях не было, что расставание будет долгим. И не ему решать, насколько…

Валевский был уверен, что Карина с сыном добрались до Армении и сейчас под защитой всей многочисленной родни Данелян. А уж как дед радуется внуку, можно представить!

Алексей улыбнулся. Но тут же помрачнел — Карина с отцом наверняка места себе не находят, не зная, что с ним. На связь с армянами он же не вышел! Как не сообразил позвонить от Шульги!

Он приподнял голову с подушки, чтобы посмотреть, кто вошел в палату. Спасибо Дронову, что не посадил охрану у двери палаты, поверил, что не сбежит.

— Алексей, как рука, болит? Может, укольчик? — в палату вошла Варя. Да, внучка старика Самохвалова была хороша. Но совсем не похожа на доктора — так, девчонка-старшеклассница в медицинском халате.

— Спасибо, Варя, все нормально. Слушай, мне нужен интернет, буквально на несколько минут.

Варя молча протянула ему мобильный и отошла к окну.

Валевский открыл мессенджер, написал Карине, что потерял телефон, поэтому не смог выйти на связь раньше. И, что приедет к ним позже, и все у него норм. Наврал, как смог, главное, чтобы поверила.

— Варя, спасибо.

— Не за что. Я настояла на том, чтобы ночь вы провели в стационаре, так что вечером — на перевязку. Поправляйтесь, Алексей.

Он поправится. И отсидит, если осудят. Только очень хочется знать, что с Ляной. Дойти до трассы, она дошла, Алексей не сомневался. А дальше? Подобрал кто? Вряд ли, выглядела она как бродяжка, кто рискнет посадить в свое авто? Он бы точно проехал мимо… Хорошо, если Ляна все же пошла в Пенкино, а не на трассу. Там хотя бы участковый имеется, да и телефон. Но кому она может позвонить? Если у нее все родные погибли? Начальнику охраны Фандо? Но помнит ли она его номер? Опять вряд ли. Подруге? А есть они у нее? Она только про тетку упоминала, да и та где-то на юге живет. «Если хватило сил, могла по трассе дойти и до Жуковки. А здесь у нее цыганская родня. Я, дурак, ей о Шульге не рассказал, в голову не пришло. Ульяна Демидовна помогла бы точно!» — пожалел он.

Он снова и снова прокручивал в голове рассказ Ляны о последних двух днях. Схема, при которой у нее могли выкрасть карту, на которой больше четырех миллионов, сейчас казалась ему сомнительной. Снять с карты крупную сумму наличных сразу мошенники не смогут, даже зная пин-код. Ляна все же жила не в вакууме, та же тетка, если не смогла дозвониться ни до кого из семьи, подняла панику, пусть даже из своего южного города. Наверняка она знает кого-то еще из окружения Ляны и Фандо. Друга семьи, например… «Друга… стоп, она упоминала, что был звонок ей в тот день, когда вернулась из Германии. Кто-то позвонил, но ей было не до этого… это точно мужик, фамилия еще мне показалась знакомой. Сотник, да, точно. Не тот ли, который учился в нашей школе и занимался у Акимова? Михаил Сотник, чемпион области по самбо в каком-то году. Его фотография у Акимова в тренерской на столе стояла. Он лет на шесть меня старше. Может быть, он? Почему нет? Фамилия редкая, Ляна рассказывала о том, что произошло на дачах, о местном следователе… Сотник — следователь? А что, вариант. Придет Дронов, спрошу», — решил Валевский.