Книга Няня для сына олигарха. Миссия:выжить, страница 10 – Ария Гесс, Оливия Лоран

— И вам... добрых снов.

Просыпаюсь в приподнятом настроении, вспоминая вчерашний вечер... Как идиотка улыбаюсь, пока делаю омлет и варю сосиски из индейки для Артема и блинчики для Кирилла.

Вообще-то, в моих должностных инструкциях нет такого пунктика, как обеспечение этого семейства едой. Кирилл ежедневно заказывает еду из ресторана. Но я всё равно встаю у плиты и готовлю завтрак. Даже подумываю сварганить что-нибудь на ужин. Наверное, это у меня в качестве медитации. Да и готовить я люблю.

Кирилл...

Хочется ущипнуть себя, чтобы не думать об отце моего воспитанника в таком ключе, но назойливые мысли, словно кот, который тебя неделю не видел — не отцепляются.

Когда завтрак почти приготовлен, слышу за спиной шлепанье босых ступней по лестнице.

— Эвешка, что там пахнет так вкусно? — бубнит себе под нос, словно обиженный, Темыч.

— Поможешь? — улыбаюсь ему с утра пораньше, но точно не потому, что вчера с его отцом время провела. Не-а, точно не поэтому!

— Сама делай, я есть хочу, — забирается на стул и с видом вселенского властителя откидывается на мягкую спинку, скрещивая на груди руки.

Господи, я попала в рабство к маленькому безжалостному диктатору!

— Ладно, хотела, чтобы ты блины вареньем начинил, но раз ты не хочешь...

Он заметно вытягивается, оглядывая кухню.

— Ну, может блинчики и хочу начинить, — несмело выдает он, словно сказать мне что-то приличное — означает проиграть вселенскую битву.

— Но сначала завтрак, — прячу за спиной тарелку, а Темыч уже готовится слезть со стула, когда я кладу перед ним его любимый омлет и колбаски из индейки, о которых говорил Кирилл.

Его глаза тут же загораются. Он подтягивается ближе к столу и хватает одну сосиску.

Ребенок... Все эмоции на лице написаны.

Пока Артем уплетает завтрак, с нетерпением переминаюсь с ноги на ногу и выглядываю в сторону лестницы. Напоминаю себе знаменитого пса, только вместо хозяина — начальник. И в свое оправдание скажу — гораздо красивее Ричарда Гира.

Несколько раз поправляю стоящие на столе блинчики и кружку свежесваренного кофе. И когда вдалеке слышится его голос, замираю. И, кажется, даже не дышу.

Кирилл заходит на кухню, разговаривая по телефону, мельком кивает мне, целует в лоб Артема и, словно вода в унитазе, смывается на работу, так и не удостоив ни одного из нас вниманием.

Смотрю на расстроенного Артема, и даже жаль этого маленького бесенка становится. Отца вечно нет дома, а его кидают на нянек. Так вот откуда агрессия в поведении, которая как раз прямо сейчас проявляется во всей своей красе. Артем психует и кидает тарелку со своей любимой едой на пол, спрыгивает и убегает в свою комнату.

Тяжело выдыхаю.

Кажется, мне скоро придётся закрашивать черным маркером дни, которые я провела в этом дурдоме.

Спешно убираю осколки, прохожусь кухонным пылесосом и бегу в комнату Темы. Монотонный звук пружинистых прыжков на кровати должен, по идее, успокаивать. Это значит, что она по крайней мере ещё цела, но я все равно боязливо открываю маленькую щелку, заглядываю и... Матерь Божья... Артем!

Вбегаю в комнату, в которой творится хаос, как после нашествия пришельцев. Всё перепачкано зеленым слаймом. Стены, ковер, покрывало.

— Ты что натворил?!

— Эвка плохая! Вот пусть и убирает!

— Да что я тебе плохого сделала вообще? Иди сюда, — хватаю его на руки, переношу в свою комнату и включаю мультики. — Пожалуйста, хотя бы тут ничего не разноси, иначе я уволюсь, и сиди в этом доме один!