Книга Его наглый друг, страница 85 – Оливия Лоран

Под удушающим непрерывным контактом наших глаз, чувствую себя обнаженной не только физически, и в его взгляде отражаются те же эмоции. Мы словно оголены ментально.

И когда это осознание проскальзывает в наших глазах, его движения начинаю ускоряться и доводят меня до грани.

Я задыхаюсь. Вязну. Горю.

Содрогаясь, ощущаю, как сжимаю его пальцы, находящиеся во мне и продлевающие мое наслаждение.

И лишь почувствовав надвигающуюся волну дикого удовольствия, разрываю необъяснимый зрительный контакт и откидываю голову, разбиваясь до основания.

Кажется, целую вечность парю и томлюсь в отголосках своего безумства, пока не возвращаюсь на землю и тут же не разбиваюсь.

Макс жадно вглядывается в мое лицо, в то время как сжимает в руках ту часть своего тела, которая повергает меня в ужас.

Находясь в шаге от истерики, резко отвожу взгляд в сторону, а затем и вовсе закрываю глаза.

— Хочу твои пальчики на нем, — в очередной раз убивает меня словами.

Сжимаю ладошки, пугаясь одной только мысли об этом, как он тянется к моей руке.

Не понимаю, как это происходит. Как он это делает. Как лишает воли и вынуждает выполнить просьбу. И как заставляет тоже этого хотеть…

Не выпуская моей ладони, обхватывает рукой сверху и ведет по внушительной величине своего мужского достоинства.

Вздрагиваем одновременно. Не разрывая зрительного контакта, позволяю ему управлять моими движениями.

С особой увлеченностью вглядываюсь в его лицо, считывая каждую эмоцию проживаемого удовольствия.

И это завораживает. Подталкивает к тому, чтобы подарить ему те же острые ощущения, что и он подарил мне.

Будто считывая мои мысли, он убирает свою руку, вынуждая продолжать самостоятельно.

Судорожный вдох. Шаткий выдох. И я возобновляю движение…

Неуверенно и медленно скольжу ладонью по обвитому венами и подрагивающему горячему органу.

Замираю, когда понимаю, что с тем же интересом рассматриваю его, как и мгновение назад лицо Макса.

Поднимаю глаза, сталкиваясь с его темными омутами, и окончательно теряюсь.

Затяжной обмен взглядов, и он снова накрывает мои пальцы своими, продолжая это сумасшествие.

Мне кажется, что я действительно схожу с ума, особенно когда считываю по лицу, что он стремительно движется к своему пику удовольствия.

Отвлекаясь на хриплый низкий стон Макса, не сразу одергиваю руку и успеваю заметить, как он заливает мои пальцы вязкой жидкостью.

Откидываюсь назад, ударяясь затылком об деревянную поверхность стола, и с тихим, прерывистым выдохом прикрываю глаза.

Возвращаюсь в реальность, ощущая, как Макс аккуратно вытирает мою ладонь, а затем тянет на себя и подхватывает на руки.

— Это ничего не меняет… — заключаю значительно позже, когда Макс не собирается меня отпускать домой и садится на диван в гостиной, призывая к тому же.

— Алина… — вкладывает в одно слово всю свою усталость и некое раздражение. — Хватит дурить.

— Я не… — осекаюсь, испытывая возмущение. — Хочу уехать домой, — сообщаю с обидой в голосе гораздо тише.

— Не понимаю тебя… — продолжает он с тем же бессилием. Закусывая губу, откидывает голову на спинку дивана. А минуту спустя резко подрывается с места и хватает с кофейного столика ключи. — Поехали.

Забираю свои вещи и выхожу на улицу следом за ним.

В машине Макс включает музыку, чем немного сглаживает затянувшееся неловкое молчание. Но за время дороги до общежития я умудряюсь накрутить себя так, что едва сдерживаю слезы.