Книга Его наглый друг, страница 9 – Оливия Лоран

— Только душ. Давай закроем тему, — привираю я, заметно нервничая, и быстро опустошаю оставшуюся часть своего стакана с соком.

Не успеваю поставить его на небольшой столик по близости, как чувствую крепкую хватку на талии.

И в следующую секунду меня пронзает насквозь вспышка бешеного страха, когда понимаю, что меня тащат в воду…

Истошный крик, звон битого стекла, гул в голове, громкие голоса — все смешивается воедино.

Кажется, из под ног уплывает земля, и воздуха в легких критически мало.

Я задыхаюсь…

Сдались мне его извинения! Господи, что делать⁈

Алина

Мгновение — и меня дергают в обратную сторону, перехватывая за руку.

Лёша крепко прижимает к себе, что-то оживленно говорит, спорит, но я плохо улавливаю слова, пребывая в шоке.

— Я не знал, — возвращает в реальность ровный голос Макса. — Блядь!

Перевожу на него затуманенный взгляд и замечаю на его стопе кровь. Он стоит посреди осколков, косится на свою рану и уверенно перешагивает битое стекло.

— Отойдите, сейчас уберут, — бросает нам и удаляется за закрытыми дверями дома.

— Отвези меня домой, — прошу Лёшу, разве что не скулю, утыкаясь ему в шею.

Пытаюсь выровнять дыхание, но безуспешно. Кажется, что вся мокрая, хотя тело абсолютно сухое. Кроме лица, покрытого слезами.

Лёша успел меня перехватить и не дал упасть в воду. Я даже не могу выразить, как я ему за это благодарна.

— Малышка, не плачь, пойдем в дом. Ты сейчас успокоишься, все хорошо, — утешает меня, нежно поглаживая плечи и прижимая к себе еще крепче.

Не могу возразить. Не потому, что согласна с ним или готова остаться здесь еще хотя бы на минуту… Я просто не могу выдавить из себя и слова.

Тело кажется ватным, ноги едва переставляю, всю энергию словно высосали, и меня заметно трясет.

Заходим в какую-то комнату на втором этаже, Лёша ведет меня к кровати, и я обессилено падаю на нее, укрываясь одеялом.

— Пить хочешь? Ты так дрожишь… Может чай сделать? — обеспокоено спрашивает он. А затем склоняется ниже и нежно целует в губы, легко поглаживая по волосам.

Одобрительно киваю, но практически сразу засыпаю, так и не дождавшись напитка. А когда открываю глаза — не сразу понимаю, где нахожусь. Вижу на прикроватной тумбе сок и уже остывший чай, но Лёши в комнате нет.

Опустошаю сразу же полстакана, медленно встаю с постели и подхожу к двери, что ведет на балкон. Не успеваю ее открыть, как слышу мужские голоса, доносящиеся в приоткрытое окно.

— Да и вообще, нахрена ты ее в воду потащил? — узнаю возмущенный голос Лёши.

Переживает за меня…

— Чтобы в чувства привести, кислую мину смыть. Фейсом не проходила под нашу движуху, — а это Макс. Усмехается, наглец.

— Ну, зашибись! Привел, блядь…

— У нее фобия?

Очень странно… но мне вдруг кажется, что в его голосе проскользнула толика обеспокоенности. По крайней мере произнес он это как-то озабоченно что ли.

Хотя вряд ли. Я, вероятно, еще не пришла в себя.

— Ну, типа того, — подтверждает мой Лёша.

— Из-за чего?

— Да я… — мнется он. — Не знаю, не спрашивал как-то. Ну, она не хочет об этом говорить. Но ты, конечно, козел. Все, блядь, обломал… — сокрушается Лёша. — Итак еле затащил ее сюда.

Мне не очень нравится его тон. Понимаю, конечно, что расстроен. Хотел, чтобы мне здесь понравилось, вот и психует.

— Да, блядь… Перетерли же вчера. Гонит она, наебали тебя, братан.