Книга Мой друг, страница 48 – Оливия Лоран

— Нет, — отвечает, не задумываясь.

Сердце больно сжимается, покрывая льдинками встревоженную душу. Неужели опять притащит какую-то девку? Я этого не вынесу. Уже не выношу!

— Я там буду с тобой, — коварно подмигивает мой мучитель. Ему, кажется, доставляет особое удовольствие швырять меня по эмоциональным качелям!

Переводя дыхание, обессиленно прикрываю глаза, пряча мелькнувшее в них облегчение. В надежде, что мое расшатанное состояние останется незамеченным, быстро смещаю фокус его внимания на другую тему.

— Я подготовила тебе подарок, помнишь? — улыбаюсь натянуто. И теперь меня колотит уже по-другой причине. Щеки вспыхивают, но я с достоинством выдерживаю вспыхнувший огонь в его глазах. Один-один, Тёмочка.

— Забудешь такое… — теряется Тёма. — Ми, я в предвкушении. Так… — выдерживает небольшую паузу, закусывая нижнюю губу. — Так ты уже не злишься?

Вопрос спорный. В гимназии я была готова рвать и метать, и не важно, что попадется под руку. Но сейчас… Глядя на него сейчас, это желание притупляется, его затмевает более острое. Мне просто жизненно важно снова оказаться в его руках.

Закусывая изнутри щеки, сдерживаю этот порыв, напоминая себе, что это ничего не изменит.

— Я пытаюсь понять… — Артём напрягается и, прибавляя газу, набирает скорость, не смотря на то, что мы уже практически около моего дома.

Поджимаю губы, но не сдаюсь.

— Что происходит, Тём? Может наконец-таки обсудим? Ревность… Эти взгляды, объятия, поцелуи… — голос предательски дрожит, но я продолжаю. — Даже если допустить, что первый поцелуй был случайным, как ты тогда выразился, научить меня хотел, что даже звучит бредово, ну да ладно! — Боже мой, что я несу! Чудом, но мне все же удается закончить свою «пламенную» речь. — Вчера ты меня снова поцеловал!

Затихаю в нервном ожидании, но взгляда не отвожу. Вероятнее всего я сейчас краснее рака, но и Артём не лучше выглядит, даже на скулах выступил легкий румянец. Вот так открытие! Соколов умеет краснеть?!

— Ми… — прочищает горло. — Ми, мы можем вернуться к этому разговору позже? — убивает одной фразой.

— Позже? — выдыхаю задушенно. — Ты серьезно? Позже? — замираю в оцепенении. — Когда? Насколько позже? Мм, дай-ка подумать… Завтра, через неделю, год-два или, может быть, когда я выйду замуж?! — перехожу на крик. — Когда, черт возьми, наступит это твое позже!

— Я не могу сейчас всего объяснить, — заявляет так спокойно и миролюбиво, что хочется сбить силой это бесящее равнодушие! — Но никаких, на хрен, замуж, — цедит сквозь зубы.

Хреновая была затея, лучше было и не начинать. Не так бы больно было. Не видя смысла продолжать этот абсурдный разговор, дергаю ручку в попытке выбраться на воздух. Но та не поддается.

— Открой.

— Нет-нет, ты не сбежишь. Сама же хотела поговорить, так давай, блядь, разговаривать! Назад не отмотаешь!

И вроде бы хотела реакцию, так вот она — получай. Впитывай и наслаждайся. Так нет же! Заводит еще больше…

— Артём, — шиплю предупреждающе.

— Милана, — зеркалит тут же.

— С каких это пор у тебя секреты? Что ты такого не можешь рассказать?

— С девятого класса.

Это открытие бьет прицелено по болевым точкам. Не думала, что у нас могут быть тайны друг от друга. Я перед ним как открытая книга. Обо мне он знает всё. Жаль, не могу теперь похвастаться тем же.