Онлайн книга «Спаси моего сына, бывший!»
|
Телефон Антипова звонит. Какой-то переговорный день, ей-богу! Мужчина отвечает, и я слышу знакомый голос. Ему звонит Глеб. Сердце учащённо бьётся в груди, а Антипов сухо отвечает, что мы скоро будем, и смотрит на меня: — Собирайся. Жена Глеба раскололась и рассказала правду о твоих родах. Сейчас мы всё узнаем. * * * Я никогда не была в этой квартире Глеба. Из-за предвзятого отношения Алины ко мне, друг не пригласил меня на новоселье, но я не обижалась на него: важнее, чтобы их отношения с женой были спокойными. — Проходите в гостиную, — взволнованно говорит Глеб и поглядывает на меня с чувством вины, съедающим его изнутри. Мы с Евгением входим в гостиную, где на диване сидит хрупкая светловолосая женщина с красными опухшими от слёз глазами. Руки Алины сцеплены в замок на коленях. Видно, что она дрожит. — Привет, — здороваюсь я, но она лишь фыркает что-то и отводит взгляд в сторону. Глеб садится рядом с Алиной и приобнимает её. Мы с Евгением занимаем места в креслах напротив. Я чувствую себя неловко, скованно, словно я здесь третий лишний. Так было всегда, и я не понимала, почему Алина настолько сильно невзлюбила меня, ведь я ни разу не давала ей повода считать меня соперницей. — Вы пригласили нас сюда, чтобы поговорить, и я хочу услышать логические объяснения произошедшему. Если я останусь недоволен рассказом… — Антипов осекается и угрожающе смотрит на Алину. Даже у меня кожа покрывается мурашками. — Если ты будешь угрожать, то не узнаешь ничего, — рычит Глеб. — Это не в твоих интересах, Антипов. Алина, расскажи им всё, что ты сказала мне и ничего не бойся. Женщина испуганно смотрит на мужа, всхлипывает и поднимает взгляд на меня. Она поглядывает на меня несколько секунд, истерически улыбается и делает глубокий вдох. — Расскажу, но ты обещал защитить меня, а мне уже угрожают… Антипов рычит, а я сглатываю тугой ком. — Нам важно знать правду. Сейчас мы пришли сюда за ней, — вклиниваюсь я. — Правда? Вся правда заключается в том, что я ненавидела тебя всей душой. С самого начала. С момента знакомства ты стояла между мной и Глебом проклятой стеной, преградой. Такая вся жалостливая бедная овечка. Он часто говорил, что должен встретиться с бедняжкой Ирой и поддержать её, что у Иры стряслось то или это. Я слышала это имя, пожалуй, чаще чем своё… Я ревновала, да. Потому что люблю его. Я боялась, что однажды Глеб поймёт, что эта Ира ему не просто друг, а кто-то больше… Я покашливаю. Мы с Глебом переглядываемся, но я быстро отвожу взгляд в сторону. Ни разу за время нашего общения между нами не проскочила искра. У нас не могло быть совместного будущего, потому что я видела в нём друга, брата… Кого угодно, но не партнёра. Да и он тоже. Глеб ни разу не смотрел на меня как на интересную ему женщину. — На самом деле я понятия не имела, кто именно заказал ребёнка, но знала о том, что одного малыша хотят забрать. В один из дней я подслушала разговор врача, который должен был принимать у Иры роды с врачом из поликлиники. Их встреча сразу показалась мне подозрительной, а когда я услышала их разговор, то лишь убедилась в своих подозрениях. Я отлично понимала, что за этим стоит кто-то богатый. Тот, кто имеет немаленькие деньги в своём распоряжении, потому что ему пришлось подкупить немало людей. Деньги там крутились хорошие. Слишком хорошие… Я испугалась, что во время родов что-то может пойти не так. Одного малыша они в любом случае должны были отдать заказчику. Сначала я думала, что это отец детей, но, получается, ошиблась. Я испугалась, что если второй погибнет во время родов, то бедная овечка Ира снова станет центром вселенной для Глеба, поэтому хотела проконтролировать всё сама. Я не просто так мелькала в день родов рядом: я контролировала. Если бы один малыш погиб, я сделала бы все возможное, чтобы второй остался с ней… Я держалась в стороне, но видела, как первого ребёнка унесли, а потом вкололи Ире снотворное. Второй тогда уже пошёл, но слишком вяло. Ребёнок с самого начала был слабым. Я боялась, что он погибнет, но могла следить лишь со стороны. Когда услышала крик и убедилась, что второй мальчик жив, я ушла. Первого малыша увезли сразу. Он был крепкий и здоровый, больше своего близнеца в весе и активнее — кричал он куда сильнее. Такое бывает, когда один ребёнок развивается в утробе активнее второго, забирая все силы. Однако сын у Иры остался, я успокоилась и ушла. Я подозревала, что у него могут быть проблемы со здоровьем, но не думала, что из-за этого могу потерять супруга. |