Книга Сидеть, лежать, поцеловать, страница 60 – Изабель Зоммер

Это же глупости! И что я себе надумала? Почему бы не зайти внутрь, не поздороваться приветливым голосом и не перекусить вместе с ним? Но внезапно мной овладел страх, такой сильный, что желудок сжался, превратившись в холодный ком, а горло сдавило так, что я почти не могла дышать.

Прекрати, Мила. Это какой-то бред. Абсолютный перебор.

Сжав кулаки, я заставила себя сделать медленный вдох и выдох. Все это было объяснимо. Рассудком я понимала, что со мной происходит. Не надо быть психологом, чтобы понять, что все это было связано с Томом, по вине которого меня обдало холодным душем, лишившем меня базового доверия к себе и потрясшего мои устои. С мужчиной, который достался другой женщине, хотя она и не была причиной нашего расставания.

И вот появился Робин. Робин, который в меньшей степени похож на человека, которому можно было без страха открыть свое сердце, и к которому я испытывала более сильное чувство, чем нужно. По моей экспертной оценке, с этим мужчиной риск остаться в дураках был еще выше. И конечно, обычно самоуверенная Мила, увидев его с другой женщиной, превратилась в комок нервов.

Стоя снаружи и борясь с собой, я увидела Робина в окне кафе. Он стоял в очереди, чтобы заказать кофе или что-то перекусить. Я хотела пойти к нему и сказать, чтобы он не заказывал эспрессо, потому что я принесла ему кофе. Но не успела я дернуться, как к нему со спины подошла женщина и постучала пальцем по его плечу. Гладкие темные волосы, стройная фигура – да какая вообще разница? Пепельно-русая женщина из офиса, темноволосая здесь в кафе, Мона на курсах по следовой работе с ее пшенично-русыми волосами или рыжеволосая, с которой я недавно видела его в баре. Важно одно: женщины вились вокруг Робина, как бабочки вокруг источника света, и это ему, судя по всему, очень нравилось.

Фыркнув, я упрямо провела рукой по глазам и отвернулась. Одним глотком опрокинула в себя эспрессо, он был, как я и ожидала, отвратительно горький, да еще остывший, что никак не улучшало его вкус. Пустой стаканчик, описав в воздухе полукруг, полетел в ближайшую урну. Не оглядываясь, я, широко шагая, направилась прочь.

Ни за что больше в жизни. Я не хотела еще раз испытать такую боль и так разочароваться. Ни с Робином, ни с кем бы то ни было. Мне было все равно, что скажут родители, Лея и кухонные психологи – я хотела уйти отсюда. Сделав глоток своего густого сладкого молочного напитка, я вдруг поняла, что на этот раз его вкус не был и в половину так хорош, как это было обычно.

* * *

В назначенное время я приехала в гостиницу для собак. Кинуть Робина, разыграв Снежную королеву, или игнорировать его только потому, что я видела его в очередной раз с другой женщиной, на мой взгляд, было бы чересчур. Мне хотелось убедить себя в том, что надо расслабиться и вести себя невозмутимо, и какое-то время я пыталась изобразить именно такое состояние.

Но когда я увидела его, мой желудок снова сжался. Он мне слишком сильно нравился. Это было вредно для меня, это делало меня уязвимой. А уязвимость мне сейчас была абсолютно ни к чему.

Робин подошел ко мне:

— Мила.

Нежно положив руки на мои предплечья, поцеловал меня в щеку, близко к уголку рта, но не в губы. И это было правильно: поцелуй в губы сейчас был бы слишком, я была не готова к нему. В нос ударил его запах, ощущение его губ вызвало воспоминание о наших поцелуях и обо всем остальном… пробудило во мне желание большего. Я резко отстранилась.