Книга Разрушенные секреты, страница 107 – Нева Алтай

В зале царит зловещая тишина, и только за соседним столиком кто-то ахает.

Лука вскакивает со стула, хватает Лоренцо за волосы и бьет его лицом о стол. Тарелки и столовые приборы звенят от силы удара. Вырываясь, Лоренцо хватает Луку за руку и пытается высвободиться, но Лука просто снова ударяет его лицом о стол. И снова. Каждый раз посуда звенит и дребезжит. Две тарелки и несколько бокалов падают на пол, и звук бьющегося фарфора и хрусталя дополняет симфонию жестокости.

Вздохи и перешептывания среди гостей продолжаются, в то время как мой муж делает все возможное, чтобы выбить из Барбини все дерьмо. В конечном счете, Лука поднимает Лоренцо, все еще держа его за волосы.

— Извинись перед моей женой.

Я откидываюсь на спинку стула, глядя на окровавленное лицо Лоренцо. Он поднимает взгляд, затем плюет в мою сторону, и окровавленный плевок пачкает белую скатерть.

Взгляды людей в комнате мечутся между Лукой и Лоренцо в ожидании, что же будет дальше.

— Знаешь, я отношусь спокойно к тому, что ты хотел меня убить, – говорит Лука и опускает взгляд на стол. – Это бизнес. Ты пытался. Не получилось. Я выстрелю тебе в голову, и мы все вернемся к нашей веселой жизни. – Он тянется к штопору, лежащему на столе, а затем подходит ближе к Лоренцо.

— Но никто не смеет проявлять неуважение к моей жене, Лоренцо, – рявкает Лука, затем поднимает взгляд на Марко и Эмилио, которые стоят за спиной младшего босса. – Держите его.

Люди Луки хватают Лоренцо, удерживая его на стуле. Я вижу, как мой муж вонзает штопор Лоренцо в шею сбоку, как раз под ухом. Лоренцо кричит и пытается встать со стула, но Марко и Эмилио толкают его обратно и удерживают, пока Лука выдергивает штопор. Из раны хлещет кровь, пропитывая спереди рубашку Луки и руки Марко. Несколько гостей вскрикивают.

— Мне показалось или я услышал извинения? – Лука наклоняет голову, как будто хочет расслышать, что говорит Лоренцо, но изо рта Барбини вырываются только сдавленные звуки. – Нет, я не думаю, что это было извинение, – говорит он и снова вонзает штопор в шею Лоренцо, на этот раз спереди.

Я закрываю глаза, не в силах больше смотреть на кровавую баню. Но я не могу заглушить плач. Захлебывающиеся звуки. Я сглатываю.

Примерно через минуту звуки расправы стихают, и я заставляю себя открыть глаза. Лука стоит перед Лоренцо со штопором в руке. Его правая рука вся в крови. Грудь тоже. Я перевожу взгляд на Лоренцо, точнее на его тело, и ахаю. У него на шее длинная красная полоса, кровь течет по меньшей мере из дюжины колотых ран и стекает по торсу. При виде всей этой крови к горлу подкатывает желчь. Стиснув зубы, я делаю глубокий вдох, заставляя себя сохранять спокойствие. Я не упаду в обморок на глазах у всей Семьи.

Лука оборачивается, пронзает меня взглядом и бросает окровавленный штопор на стол. Я слежу за ним, когда несколькими большими шагами он преодолевает расстояние между нами и встает передо мной, пока все смотрят на него.

— Прости за то, что испортил твою вечеринку, tesoro.

Я стою и моргаю. Я должна что-то сказать?

— Пойдем наверх. – Он берет меня за руку своей чистой от крови рукой и ведет в фойе, а затем вверх по двум лестничным пролетам.

Когда мы добираемся до спальни, Лука направляется прямиком в душ. Я подхожу к кровати, сажусь на край и жду, не сводя глаз с двери ванной. Я только что стала свидетельницей того, как у меня на глазах убили человека, но вместо того чтобы осознать это, я не нахожу себе места из-за того, что Лука, очевидно, все помнит.