Книга Разрушенные секреты, страница 39 – Нева Алтай

— Ты внучка дона. Тебе следовало бы целыми днями листать журналы, ходить по магазинам и в спа-салоны.

— Жаль тебя разочаровывать. Никогда не любила спа, – пожимаю я плечами. – И так как я внучка дона, то меня воспитывали для моей роли с десяти лет.

— И что это за роль?

— Жена капо, – отвечаю я и беру круассан из корзинки.

— Которая должна ничего не делать, ходить по магазинам и в спа и листать журналы.

— Что ж, и я не ожидала, что меня выдадут замуж за сварливого шовиниста, но что есть, то есть.

Дамиан, сидящий напротив меня за столом, давится своим кофе, когда начинает громко смеяться.

— Извини, я просто… – хихикает он. – Сварливый шовинист. – Он снова смеется.

Я поворачиваю голову и вижу, что Лука смотрит на меня, прищурившись.

— Я хочу, чтобы днем ты осталась в своей комнате, – говорит он.

— Почему?

— Симона приедет, чтобы забрать Розу, а у меня встреча, на которой я должен присутствовать. Я не хочу, чтобы вы столкнулись друг с другом, особенно когда меня здесь не будет.

Я тянусь за молоком и наполняю стакан для Розы. Когда я заходила к ней раньше, она сказала, что плохо себя чувствует и хочет остаться в своей комнате.

— Ты боишься, что я покусаю твою бывшую или что?

— Меня не беспокоит, что ты можешь сделать, Изабелла.

Оу. Так он обеспокоен, что его большая и страшная бывшая может сделать с его хрупкой, юной женой. Как мило с его стороны. Жаль, что я не пьяная, а то бы бросила еще чего-нибудь ему в лицо.

— Я отнесу Розе завтрак, а потом прослежу, чтобы меня надежно заперли в моей комнате, когда придет твоя бывшая жена. – Я беру тарелку, которую приготовила для Розы, разворачиваюсь на каблуках и марширую к лестнице.

Звонкий смех Дамиана раздается позади.

* * *

— Хочешь, я принесу чай или еще что-то? – спрашиваю я у Розы.

— Нет, – бормочет она в подушку.

— Может, стоит вызвать врача? – Я кладу ладонь на ее лоб, но он не горячий. – Ты ела что-то необычное вчера?

— Нет.

— У тебя диарея? Не тошнит?

— Нет, просто живот болит. Все нормально.

Я присаживаюсь на край кровати и аккуратно кладу руку ей на плечо: – А это никак не связано с тем, что приедет твоя мама?

— Она хочет, чтобы я называла ее Симона, – говорит она. – И я не хочу идти с ней. Она всегда приводит меня в торговый центр. Это скучно.

— Ну, а ты не можешь попросить ее сводить тебя в парк? Или посмотреть кино? Что думаешь насчет этого?

— Она ненавидит парки, потому что я пачкаю одежду. И она говорит, что не любит кино, потому что у нее болят глаза. Я хочу остаться здесь.

— Здесь тебе тоже будет скучно.

— Не будет. Я могу позвонить Кларе. Она сказала, что в следующий раз, когда придет, она принесет Томаса.

— Кто такой Томас?

— Ее кот. У него есть маленький поводок, чтобы мы могли гулять с ним в саду. А Грейс приготовит нам сэндвичи.

— А ты говорила папе, что не хочешь идти с Симоной?

— Нет. Он не поймет.

— Конечно поймет. Хочешь, чтобы я позвала его подняться сюда?

— Угу.

Я киваю, беру телефон и звоню Луке.

— Что? – рявкает он.

Сама вежливость.

— Пожалуйста, поднимись. Роза хочет поговорить с тобой.

— Я уже сажусь в машину.

— Ну так высаживайся и приди поговорить со своей дочкой. Это важно.

Я обрываю звонок и поглаживаю Розу по спине.

— Он идет. Если ты чувствуешь, что не хочешь что-то делать, то всегда говори об этом своему папе. Хорошо?