Книга Разрушенные секреты, страница 97 – Нева Алтай

Лука

Изабелла, когда мы доезжаем до перекрестка. – Это тут, прямо напротив большого цветочного магазина.

Я следую ее указаниям и паркуюсь перед зданием со стеклянным фасадом. Даже снаружи видно, что это элитное заведение. Стоимость каждой машины, припаркованной на стоянке, превышает сотню тысяч. Из-за зеркального стекла я не вижу, что внутри, но я знаю, что там отделка из черного дерева и высокие потолки с шикарными железными люстрами. В центре есть огромное круглое пространство с открытым потолком, где находятся лучшие столики. Я знаю обо всем этом, хоть и не помню, чтобы когда-либо посещал это место. Я был здесь. До.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы принять концепцию до. Первые несколько дней после аварии я был уверен, что моя память вернется. Каждый раз, когда я просыпался, я ожидал, что воспоминания обрушатся на меня, будучи уверенным, что моя потеря памяти была временной. Когда Изабелла и Дамиан начали посвящать меня в подробности моей жизни, я предположил, что что-то из этого заставит мой мозг работать и вызовет лавину воспоминаний. Этого не произошло. Возвращение домой тоже не помогло. Встреча с дочерью была моим последним шансом на то, чтобы мои воспоминания вспыхнули. Однако искры не было. Не было никакого пробуждающего память импульса. Я увидел девочку с длинными черными волосами, бросившуюся в мои объятия, и даже смутно не смог узнать ее. В тот момент, когда я обнимал Розу, я решил, что приму ситуацию такой, какая она есть. Я перестал зацикливаться на том, что, возможно, моя память и прежняя жизнь когда-нибудь вернутся. В некотором смысле я решил прекратить то, что мне невыгодно, и сосредоточиться на настоящем. Мое до стало всего лишь временным ориентиром.

— Я приводил тебя сюда когда-то? – спрашиваю я, помогая Изабелле выйти из машины. На ней темно-синее шелковое платье, украшенное кружевом, которое струится по ее телу, расширяясь от талии. Я выбрал его для нее. Я продолжаю выбирать платья с пышными юбками, потому что мысль о том, что другой мужчина будет пялиться на ее задницу, приводит меня в бешенство. Ее красивая попка принадлежит только мне.

— Нет. – Она пожимает плечами. – Я приходила сюда только раз с Анджело.

— Анджело Скардони?

— Да. Мы были вроде как помолвлены.

Я хватаю ее руку и поворачиваю лицом к себе:

— Что?

— Это было всего лишь соглашение, которое мой отец заключил, когда мне было восемнадцать. Ничего из этого не вышло, как ты уже понял, – говорит она, улыбаясь. – Но стоит сказать, что ты очень сексуальный, когда ревнуешь.

— Так почему он повел тебя на ужин?

— Потому что я хотела сходить на свидание с кем-нибудь, в надежде, что это излечит меня от влюбленности в тебя, Лука. – Она поднимает руку и берет меня за подбородок. – Подсказка. Этого не произошло. Ничему и никому не удавалось пробудить во мне хоть какой-то интерес к другому мужчине, кроме тебя.

— Он на десять лет моложе меня, – говорю я сквозь зубы.

— Но он не ты. Я всегда хотела тебя. – Она сжимает мой подбородок. – Тебя. И никого больше.

Я смотрю на нее, затем обхватываю за талию и прижимаю к своей груди. А потом прижимаюсь губами к ее губам.

Изабелла

Я понимаю, что нам конец, как только мы заходим в ресторан и мой взгляд падает на столик в центре, за которым сидит Лоренцо. Он не один. Рядом с ним сидит мужчина лет тридцати пяти, со светлыми песочными волосами и в очках. Он встает, когда видит, что мы приближаемся, и широко улыбается. Давид Барбини. Племянник Лоренцо. И один из школьных друзей Луки.