Книга Скажи мне шепотом, страница 49 – Мерседес Рон

— Если уж ругаешься, говори, как положено, «гребаный ребенок», никаких долбаных. – Он повесил сумку на плечо. – Давай, повтори за мной: «гребаный ребенок».

— Забудь обо мне.

Я повернулась к нему спиной и взяла сумку, которая ждала меня на трибуне вместе с книгами и одеждой.

— Чтобы тебя забыть, я сначала должен о тебе помнить, госпожа Кубик Льда, а в моей голове, к счастью, нет для тебя пространства. И никогда НЕ будет.

Я резко обернулась.

— Как ты меня назвал?

— Кубик Льда, – повторил Тьяго, приближаясь ко мне походкой плохого парня. Казалось, его тело заполняет весь спортзал. – Скажи, а как им удалось взять у тебя кровь, если в твоих венах течет ледяное миндальное молоко?

Его слова причиняли неописуемую боль. Тьяго – единственный, кто в совершенстве владел столь уникальной способностью. Обычно я плевала на мнение посторонних людей, а вот на него мне плевать не хотелось. Я привыкла к зависти и ненависти, привыкла, что со мной искали дружбы, а потом критиковали за спиной. Люди в большинстве своем лицемерны, и я старательно выстраивала, а после оберегала высокие стены, которые защищали меня от окружающих. То, что Тьяго умел добраться до моего сердца и причинить вред, пугало меня сильнее, чем что-либо за долгое время.

Судя по глазам, он догадался, что сделал мне больно. И я решила действовать до того, как Тьяго продолжит и выразит удовольствие от того, что творит.

Я не могла позволить ему причинять мне боль.

Не могла позволить ему считать меня слабой.

С самого приезда соседей я выглядела наивной, хрупкой, словно хрустальная ваза, которую ничего не стоит разбить. Только вот если меня чему-то и научила мать, так это тому, что никому на свете нельзя демонстрировать собственную слабость.

И уж тем более Тьяго Ди Бьянко.

— У меня в венах, может, и миндальное молоко, но я хотя бы не неудачница, чье будущее зависит от того, как смогу научить пару подростков бросать мячик через кольцо.

Слова обожгли меня еще до того, как я закончила произносить их. Под загорелой кожей на шее Тьяго опасно запульсировала вена.

— Исчезни с глаз моих, – ровным тоном велел он.

Ситуация совершенно выбила меня из колеи. Я никогда такой не была. А теперь запуталась и в результате вела себя именно так, как он от меня и ожидал. Какого-то черта поступала так, что Тьяго оказывался прав.

— Дважды просить не придется, – отозвалась я, не глядя ему в глаза, и покинула спортзал.

Снаружи я выдохнула весь воздух, который держала внутри.

«Ну что за дерьмо!»

На школьной парковке я искала в сумочке ключи, как кто-то неожиданно выскочил из-за моего кабриолета, заставив меня подпрыгнуть. Оказалось, это Дани.

— Блин! Ты меня напугал! – Я прижала руку к груди и глубоко задышала, стараясь успокоить сердцебиение.

— Куда едешь? – спросил он, не замечая моих жалоб.

Я обратила внимание на его покрасневшие и опухшие веки. Он приблизился нетвердой походкой, и я едва не отшатнулась от запаха алкоголя, который источала, наверное, каждая его клеточка.

— Ты пьян? – Я не могла поверить собственным глазам и только сейчас поняла, что раньше на тренировке его не видела.

— Я в хлам. – Дани подошел ко мне вплотную и ни с того ни с сего прижал к машине. – Ты хоть понимаешь, что со мной сделала? – Он с ненавистью уставился на меня.