Книга Мои попытки, страница 110 – Лина Мур

— Блять, меня сейчас самого стошнит. Ты специально это делаешь? Гадишь даже на мой секс? Ты всё уже изгадил, так, может быть, хватит? — злобно говорит он.

— Что я изгадил? Что я тебе сделал, Роко? Ты можешь мне сказать, что я тебе сделал, раз ты так меня ненавидишь? — выкрикиваю я. — Потому что я шлюха? Потому что я вот такой, против своей воли? Потому что я не специально вздрагиваю, когда меня касаются? Потому что не контролирую реакцию своего тела и мозгов, так как привык, что если меня коснутся, то это будет очередное изнасилование? Что? Скажи, что ты так во мне ненавидишь? Что?

Роко с грохотом ставит бокал на пол и придвигается корпусом ко мне. Он смотрит в мои глаза, у меня сбивается дыхание. Я чувствую его агрессию. Чувствую, как он зол на меня. Словно вот-вот и ударит меня и сломает все мои кости.

— Всё, — выдыхает он. — Буквально всё я в тебе ненавижу.

— Но почему? — с горечью в голосе спрашиваю его. — Я так противен тебе, что со мной нельзя… дружить? Даже не дружить, а просто сказать мне «привет», как другим?

— Я могу сказать тебе привет, Дрон.

— Не можешь. Сегодня ты уже два раза наехал на меня, и я не понимаю почему. Что у тебя случилось, Роко? Что, если ты уже не контролируешь себя? Чем я могу помочь тебе?

— Исчезни. Исчезни, Дрон. Я хочу, чтобы ты навсегда исчез.

Прикрываю глаза от боли. Я хотел, как лучше. А в итоге снова понял, что никогда и никто не будет общаться со мной, как с живым человеком. Мои глаза болят от обиды и боли. Я не контролирую это. Открываю глаза, и из них выкатывается слеза.

— Мне жаль, что я не мёртв. Прости меня за то, что ещё жив, — выдавливаю из себя. Горло дерёт от желания закричать от этой агонии боли внутри. — Я столько раз пытался сделать это. Я… пытался.

Закатываю рукава своей толстовки и касаюсь шрамов на запястье.

— Я хотел умереть, но духу не хватает. Где бы я ни был, всегда нахожу варианты покончить с собой. Это же так легко, правда? Перегнуться через перила и упасть с моста. Оступиться и упасть на рельсы. Потратить последние деньги и накачать себя наркотиками так, чтобы случилась передозировка. Или прыгнуть под машину, сделав вид, что ты просто ничего не слышишь, ведь у тебя играет весёлая музыка в наушниках. Или просто не защищаться и дать себя вспороть, как свинью. Даже сейчас… разбить бутылку и проглотить осколки, или провести стеклом по своему горлу. Открыть окно и сделать шаг, — произношу, и по моим щекам уже полноценно катятся слёзы. — Но я не могу, понимаешь? Я пытался. Не могу. Я трус. Если бы мог, я бы исчез. Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу. Ты просто повторил мои желания, Роко. Но я не могу… у меня не хватает духу. Что-то меня всегда останавливает. Я… просто не могу. Но ты можешь.

— Дрон, — шепчет он, касаясь моего лица.

Мотаю головой, чтобы он не делал этого. Не был хорошим сейчас, потому что я мерзость.

— У тебя есть пистолет. Ты можешь убить меня и избавить от мучений. Я устал бороться. У меня нет причин, чтобы жить, Роко. И я готов умереть. Вероятно, я… я… не буду защищаться в следующий раз на арене, или когда меня найдут. Я сдамся. Не знаю, но когда-то же я должен сдаться, и это будет ужасно. Не хочу так. Хочу сам выбрать час своей смерти. Хотя бы это выбрать в своей жизни. У меня никогда не было выбора, понимаешь? Никогда. И я хочу выбрать. Хочу, чтобы это сделал ты. Избавься от меня. Я не против. Я доверяю тебе, даже если ты не видишь этого. Я доверяю тебе, ты можешь меня убить, когда захочешь сам. Сейчас или завтра. Мне всё равно, но это должен быть ты. Я буду умирать с благодарностью, обещаю тебе.