Книга Мои попытки, страница 45 – Лина Мур

Дрон сглатывает и кивает.

— Поэтому скажи, у тебя есть проблемы?

— Нет… я… мне нужны деньги. Я отдаю их… на лечение важному для меня человеку.

Он же врёт, блять. Он нагло врёт мне снова. Ладно. Я сожру это дерьмо и сделаю вид, что верю ему.

— Хорошо. Скажи мне, сколько нужно денег этому человеку, чтобы ты выспался и нормально поел сегодня?

— Я не знаю, — едва слышно отвечает он.

— Назови мне цифру, Дрон.

— Я не знаю. Я, правда, не знаю, — он вскидывает голову и злобно смотрит на меня. — Не знаю. Я просто отдаю все деньги на лечение, и всё. Деньги всегда нужны на лекарства, химиотерапию, страховку. Я отдаю всё.

— Ладно. Тебе хватит пятидесяти тысяч?

— Сколько? — Он словно впервые слышит о таких деньгах.

— Пятьдесят тысяч долларов, Дрон. Тебе их хватит, чтобы ты следовал моим указаниям.

— Да… да, сэр. Мне их по горло хватит, — шокировано шепчет он.

— Отлично.

Открываю сейф и достаю оттуда пачку денег.

— Вот. Бери. Я буду вычитать из твоей зарплаты понемногу, договорились?

— Да, — Дрон берёт деньги, и я замечаю, как дрожат его пальцы. Он словно готов молиться на эти бумажки.

— А теперь одевайся и уходи домой, чтобы выспаться. Понял меня?

— Да, сэр.

— Я Роко, Дрон. Меня никто не называет…

— Я называю, мистер Лопес. Я не хочу переходить границы дозволенного с вами, — резко перебивает он меня. — Я ваш подчинённый, вы мой босс, и никак иначе. Никогда не будет иначе.

Вау. Такого отказа мне ещё никто не говорил в лицо. Мне никогда не отказывали прежде, а я даже ничего не сделал.

— Я знаю, что вы пытаетесь сделать, сэр, — прищуривается Дрон. — Мне уже рассказали всё о вас. Вы бисексуальны. Спите и с парнями, и с девушками. А также вы обожаете трахать новичков. Но я предпочитаю женщин, сэр, и прошу более даже не думать о том, что я стану вашей шлюхой. Никогда. Лучше сдохну.

Столько ярости, боли и горечи в этих словах. Да кто ж ему так сильно сердце разбил? Кто подорвал его доверие? Кто изнасиловал его? И это явно был мужчина. Такой агрессии я давно уже не встречал, как и отпора. Рэй была права. Он жертва насилия и не пережил этого.

— Я тебя прекрасно услышал. Могу заверить, что ты не в моём вкусе, Дрон, — легко улыбнувшись, наигранно и равнодушно пожимаю плечами. — Я никогда не рассматривал твою задницу, как дырку, которую могу трахнуть. Легче стало?

— Вы врёте, сэр, — шипит он. — Вы только десять минут назад пялились на мою задницу.

— Она хороша. У меня есть глаза, Дрон, но это не значит, что я монстр, который набросится на тебя. Повторюсь, ты слишком высокого мнения о себе. Я не трахаю дерьмо, вроде тебя. Ты для меня белая шваль, так яснее? Ты никто для меня. Средство для достижения ещё большей роскоши. Посмотри на меня и на себя, Дрон. Ты путаешь меня с Рэй. Я не опускаюсь так низко. Это она подбирает дерьмо, я же выбираю лучшее. И ты явно не лучшее. Ты ничтожество, — усмехнувшись, окидываю его пренебрежительным взглядом, замечая, как он дёргается, словно я его ударил. Он меня просто довёл. Я долго терпел, но с меня хватит. Я не собираюсь позволять какому-то ублюдку тыкать мне в лицо моей ориентацией. Никто, блять, не тронет меня и то, что мне нравится.

— И ещё раз подумаешь о том, что ты мне приятен, я, блять, выброшу тебя отсюда. Только риски хотя бы раз упомянуть о том, что я выбираю, и я, блять, тебя выебу, на хрен, чем-то острым. Уяснил, ублюдок жалкий? Я образован, богат и красив. А ты? В зеркало давно смотрелся? Ты никто. Необразованная шваль, грязь, которую я никогда не замечаю. Я просто наступаю на неё и иду дальше. Мерзость, вот ты кто, — прохожу мимо него, ударяя Дрона по плечу, и вылетаю из кабинета.