Книга Твой номер один, страница 80 – Катя Саммер, Настя Орлова

Я судорожно сглатываю. Этот разговор ужасно меня смущает, но, с другой стороны, это ведь хорошо, что мы можем обсуждать такие вещи открыто?

— Позволю, – шепчу я.

Алекс снова целует меня. Жадно, горячо и глубоко, лаская языком и прикусывая зубами.

— Но не сегодня, – говорит он, отстраняясь.

— Не сегодня? – повторяю удивленно.

— Нет. Я не за этим приехал.

— А зачем?

— Увидеть тебя. Поговорить. Будем считать, что у нас сегодня второе свидание. Говорят, раньше третьего секс с хорошими девочками под запретом.

— А я хорошая девочка? – спрашиваю, кокетливо хлопая ресницами.

— Ты – самая хорошая.

— Второе свидание… – я перебираю в уме все наши встречи. – Первое, я так понимаю, было в Штутгарте.

— Точно.

— А петтинг на заднем сидении трансфера в Мельбурне не считается за свидание?

— Нет, не считается, – Алекс щелкает пальцем по моему носу. – Но воспоминания о той поездке помогают мне время от времени расслабиться.

Я вопросительно приподнимаю брови. Но Алекс лишь смеется.

— Говорю же, девочка. Невинная. И хорошая.

— Ты почти не писал мне эти две недели… – произношу я, меняя тему на более безопасную.

— Как и ты.

— Я не знала, что ты хочешь этого. Я много раз хотела написать, но боялась, что тебе будет неинтересно.

— Если я немногословный, это не значит, что мне неинтересно то, что происходит с тобой. И любому телефону я всегда предпочту личную встречу.

— Окей.

— Окей?

— Я тоже предпочту личную встречу. Ты приехал только ко мне?

— К тебе. Понял, что еще неделю до Роллан-Гарроса тупо не выдержу, – признается он, запуская ладонь в свои темные волосы.

— Я рада, что ты приехал.

— Я ненадолго, Ань, – Алекс перекатывается на бок и садится на кровать рядом со мной. – У меня обратный самолет через семь часов.

— Так быстро?

— Прием у физиотерапевта после обеда, – он показывает на запястье, которое все еще поддерживается тейпом. – Пропустить не могу.

— Как все идет?

— Лучше, чем могло быть, но хуже, чем я надеялся, – отвечает он.

— Не надо торопиться.

— Еще три месяца вне тура, и я вылечу из десятки.

— Рейтинг – это еще не все.

— Говорит мне теннисистка из первой десятки, – иронизирует он.

— Я думаю, что в твоем случае главное – здоровье. Ты уже добился большего, чем 99% теннисистов в туре. Тебе не надо никому ничего доказывать.

— Я никогда не был первым.

— Ну… Ты будешь первым у меня.

Алекс сначала смотрит на меня, словно не верит, что я действительно это сказала, а потом громко смеется, сгребая меня в объятия.

— Ну и ну, Аня Филатова. Умеешь же ты вдохновить.

— Я просто показываю тебе перспективы.

— Весьма заманчивые, – говорит Алекс, но вопреки своим словам поправляет мой халат, натягивая его до колен. – Чтобы не соблазняло.

— Алекс Де Виль – джентльмен, кто бы мог подумать.

Он посылает мне дерзкую улыбку, а потом переводит взгляд на тележку с едой.

— Что ты там заказала?

— Посмотри.

— Я просто ни черта не ел с утра, – поясняет Алекс, приподнимая крышки с блюд.

— Как ты раздобыл тележку, кстати?

— Поймал официанта у твоей двери и дал ему чаевые.

— А как узнал, где меня искать?

— Связи, – произносит он заговорщически. – Можно я не буду выдавать все свои тайны?

— Это незаконно.

— Сдашь меня полиции? Или комитету по этике?

— Нет, – говорю великодушно. – Дай мне, пожалуйста, булочку.