Книга Жестокий король, страница 94 – Рина Кент

Да и, может быть, я просто устала бороться.

— Ты тоже заплатишь, принцесса.

— За что?

— За то, что привела этого кретина, в то время как я просил тебя держаться от него подальше. Что ты хотела этим доказать, а?

Я сглатываю, когда его ловкие пальцы добираются до молнии на моем платье и медленно тянут ее вниз.

— То, что ты не моя? – Он одним рывком стягивает платье с моих плеч.

Я охаю, моя грудь освобождается от вшитых в платье чашечек. Я непроизвольно порываюсь прикрыть ее, но со связанными руками сделать это невозможно.

При виде моей груди черный взгляд Леви делается диким. Он смотрит на меня так, будто жаждет проглотить целиком. Меня охватывает желание, отчего соски мгновенно твердеют и набухают, словно желают привлечь к себе внимание.

Удивительно, что, когда он смотрит на меня так, я готова вылезти вон из кожи.

Между мной и Леви всегда существовала связь, странная и безумная, которой я не ощущала ни с кем другим.

Толчок.

Притяжение.

Поток энергии.

Он находит большим пальцем мой пульсирующий сосок, проводит по нему вверх-вниз. Его светлые глаза с вызовом встречаются с моими. Он дразнит меня, наказывает и призывает к ответу.

Я закусываю нижнюю губу, крошечные вспышки удовольствия пробегают по моему телу, собираясь между ног.

Другой сосок он обхватывает ртом и сильно прикусывает. Меня пронзает электрический разряд, который начинается с горячих губ на моей груди и заканчивается где-то глубоко внутри.

— Л-Леви… пожалуйста…

— Пожалуйста, что? – говорит он, не отрываясь от моей груди. Его дыхание опаляет чувствительную кожу. – Остановиться или продолжить?

Я не знаю. Я ничего сейчас не знаю.

В голове у меня – туман, в ногах, обнимающих его бедра, – слабость. Поскольку я не могу ответить словами, мое тело берет верх: грудь приподнимается навстречу его пальцам и рту, безмолвно прося большего.

— Хочешь, чтобы я сильнее пососал эти тугие розовые вершинки, принцесса?

С моих губ срывается тихий требовательный стон, глаза закрываются от неудержимого желания.

— Хочешь, чтобы они стали чувствительными и болезненными от удовольствия?

О боже!

Его грязные словечки всегда были моей слабостью.

Я слегка киваю, сильнее прижимаясь к нему.

— Не так быстро. – Он смотрит на меня сверху, его улыбка выражает неодобрение. – Что ты пыталась сегодня доказать?

— Что я тебе не принадлежу! – выкрикиваю я хриплым голосом.

— Ты мне не принадлежишь? – Его улыбка исчезает, и на смену ей вновь приходит пугающее спокойствие. – Ты правда так думаешь?

— Ты делаешь мне больно, – бормочу я сквозь захлестывающую меня мучительную смесь удовольствия, боли и злости. – Ты только и делаешь, что причиняешь мне страдания. Ты – яд, Леви, и я не позволю тебе обращаться со мной, как с фигуркой на шахматной доске.

Леви отстраняется, но большой палец не убирает, продолжая водить им по моей второй груди.

— Я только и делаю, что причиняю тебе страдания, – повторяет он, словно обдумывает мои слова. На этот раз на его лице нет обычной насмешки. Напротив, он кажется всерьез озадаченным.

Я вспоминаю наш недавний разговор с Эйденом, и мне становится ужасно противно из-за сказанного.

Вся моя прежняя злость улетучивается при виде потерянности на лице Леви. Он будто хочет выразить эмоции, но не знает как.

А я, похоже, сказала что-то не то.