Книга Извращенное королевство, страница 104 – Рина Кент

— Хм-м. – Он поднимает палец и обводит им мой затвердевший сосок. – Тебе холодно, сладкая?

Даже если бы так и было, его прикосновения вызывают тепло и покалывание.

— Нет, – говорю я.

— Тогда не согревать тебя?

Ох. Можно забрать слова обратно?

— Эйден…

— Да, сладкая? – Он покручивает мои соски пальцами, вращая и мучая их.

В низ живота устремляется импульс удовольствия, и я почти уверена, что он видит, как моя киска блестит от возбуждения.

Он больно щипает меня за сосок. Я запрокидываю голову и хнычу.

— Я жду. – Его голос становится хриплым от похоти. – Ты что-то еще хотела сказать?

Я неохотно встречаюсь с ним взглядом, умоляя наконец взять меня.

— Я… Я…

— Что ты хочешь? – Он наклоняется и втягивает мой сосок в рот. Его язык описывает круги вокруг вершины, облизывая ее.

В животе порхают тысячи бабочек.

— Скажи, что хочешь меня. – Он произносит это, прижавшись к моей мягкой плоти, и от щетины кожу начинает покалывать.

Хочу его целиком. Хорошего, плохого, злого.

Он стягивает пуловер через голову, растрепав черные пряди. Не успеваю я заметить, что его рта больше нет на моих болезненных сосках, как он снова посасывает их, дразня языком, губами и зубами.

Не отрываясь от дела, он стаскивает с себя джинсы и боксеры. Его объемный член покоится у моих бедер – горячий и готовый ко всему.

— Что еще ты хочешь, сладкая?

Меня слишком заворожило совершенство его члена и подтянутый пресс, чтобы я могла ответить. Этими жесткими, сильными мышцами и бедрами он может порвать меня надвое, если пожелает.

Наверное, я бы поверила в это несколько месяцев назад, но не сейчас. Теперь я верю Эйдену.

Верю, что он не тронет меня.

Верю, что положит мир к моим ногам.

— Хочу быть твоей королевой.

— Ты уже моя королева. – Он рычит, уткнувшись мне в кожу, и я ненадолго закрываю глаза, отдавшись чувствам.

Мои пальцы скользят по его предплечью и татуировке в виде стрелы. Та самая, которую он сделал в мою честь. Напоминание о нашем прошлом на его коже. Как наши с ним шрамы.

Доказательство, что мы выжили.

Мы – выжившие.

— Что еще ты хочешь? – бормочет он, покрывая поцелуями изгиб моей груди, твердые соски и мягкий живот.

Едва ли мне этого достаточно.

Вовсе нет. Этого точно недостаточно.

Хочу чувствовать его первобытную силу прямо сейчас. Хочу раствориться в нем и его настойчивости – это единственное, что у меня есть.

— Возьми меня, Эйден. – Я срываюсь на стон, когда он погружает в меня два пальца. Я такая мокрая, что они почти не встречают сопротивления.

— Хм-м. Люблю, когда ты вся промокаешь для меня, сладкая. – Он прокладывает дорожку поцелуев к уху, затем прикусывает его. – Люблю, когда ты моя. А теперь скажи это.

— Сказать что?

— Что ты моя.

— Я твоя, Эйден. – Слова выходят приглушенным бормотанием, словно я раскрываю свои самые непостижимые, темные тайны.

Ведь это правда, разве нет? Признание, что я полностью принадлежу ему, освобождает меня и в то же время пугает, но я готова сделать этот шаг.

Готова на все вместе с ним.

Эйден сгибает пальцы внутри меня, доставляя мне удовольствие и вместе с тем затрагивая мою душу и навсегда закрепляясь в ней.

— Не было ни дня, чтобы ты не была безраздельно моей, Эльза. Ты стала моей с самого первого дня, когда пришла сюда.

— Да, да.

Он находит губами мое ухо и хрипло шепчет: