Книга Извращенное королевство, страница 116 – Рина Кент

Я провожу несколько дней в больнице.

Огромное количество обследований выматывают, а я даже не могу пожаловаться.

Папа и тетя стоят рядом, словно смерть с косой, не давая мне ничего сказать.

Оказывается, Эйден куда хуже их, если дело касается моего здоровья.

Он присутствовал на каждом обследовании, перевозя меня на кресле-каталке от одного отделения к другому. Когда я сказала, что вообще-то могу и сама дойти, то он не послушал и продолжил путь.

Однако по ночам он прокрадывался в мою палату, раздвигал мне ноги и наслаждался мной вместо ужина. Говорил, что я слишком слаба, чтобы трахать меня, но он все-таки может расслабить меня языком.

Расслабить меня. Если бы.

Мне приходилось накрывать лицо подушкой, чтобы папа и тетя не услышали моих стонов удовольствия за стеной палаты.

Эйден – бог секса. Ему не приходится долго меня возбуждать, и скоро я уже кричу его имя.

Его выбитое плечо пролечили. Когда сняли повязку, он больше никому не позволял прикасаться ко мне. Даже медсестрам.

Одна из них сказала, что у него едет крыша, и, пожалуй, я согласна с этим.

Никогда не думала, что мне понравится эта сторона Эйдена, но так и есть. В груди все трепещет, когда я вижу его заботу и тревогу обо мне. Чувствую себя особенной и любимой.

В конце концов, это Эйден. Он никогда не показывает другим эту сторону личности, даже своей семье.

Когда Леви и Астрид навещали меня вчера, то постоянно спрашивали, какое заклинание вуду я использую.

Все остальные тоже приходили. Нокс и Тил были у дверей палаты, когда я пришла в себя, а потом остались на ночь.

Сегодня они снова пришли с тремя всадниками и Ким.

Эйден притаился в углу, нарезая мне яблоко, его лицо выражает спокойствие. Однако тьма за этим фасадом исходит волнами. Я чувствую это, даже не глядя на него.

Я точно знаю, почему его демоны размышляют, не выйти ли поиграть.

Эйден – собственник, даже слишком. Он не очень-то рад видеть, как Ронан, Ксандер и Нокс сидят вокруг меня на кровати, смеясь и подшучивая над всякой чепухой.

Будь на то воля Эйдена, он вышвырнул бы всех – кроме Ким и Тил. И то еще подумал бы лишний раз насчет девочек.

Однако поскольку он знает, как я рада их обществу, то старается контролировать эту часть своей личности.

И пока справляется.

Я притворяюсь, что не замечаю этого, и слушаю, как Нокс рассказывает мне о последнем матче и его «героической» игре.

— Говорю тебе, Элли. – Нокс показывает на себя пальцем. – Я новый бомбардир «Элиты».

— Прости, чувак. – Ксандер ухмыляется, и на его щеках появляются очаровательные ямочки. – Это место уже занято мной.

— Да ну вас на фиг. – Ронан отпихивает их и берет меня за руку. – Знаешь, как я переживал, Элли? Всю неделю вечеринок не устраивал.

— Что-то вроде сделки с дьяволом, – бормочет Тил со своего места рядом с Коулом.

Они единственные спокойные люди здесь.

Сегодня на футболке Тил написано: «Я соглашусь с тобой, но тогда мы оба будем неправы».

Ронан не обращает на нее внимания и продолжает свою слишком театральную речь.

– Bah alors^[15], Элли. Тебе нельзя болеть, когда мы планируем свадьбу.

— Хочешь с организатором познакомиться, Астор? – Мрачный тон Эйдена настигает нас, словно острые ножи.

Прикрываю рот рукой, чтобы скрыть улыбку.

Ронан задирает голову, словно глубоко задумавшись.