Книга Извращенное королевство, страница 48 – Рина Кент

Прошлое

Я обнимаю Сероглазика. Холодная температура шокирует мою теплую кожу.

Хмурюсь и грозно поднимаю на него взгляд.

— Почему не сказал мне, что простыл?

— Все нормально.

— Вовсе нет. Папочка говорит, что детям нельзя простужаться, иначе они заболеют. Я не хочу, чтобы ты заболел.

Его губы растягиваются в слабой улыбке. Я так редко вижу, как он улыбается. Я даже подарила ему свою пачку «Мальтизерс», а его улыбка все равно не будет такой же широкой, как моя.

Он пристально смотрит на меня, как дядя Агнус, когда у меня что-то прилипло к лицу.

Вытираю уголок рта, но там ничего нет.

— Почему ты так на меня смотришь?

— Если сдержишь свое обещание, то я не заболею.

Хитро улыбаюсь и опускаю голову ему на плечо. Оно теплое – только его плечо, – а все остальное нет.

— Конечно! Непременно.

Настоящее

Узел сжимает мое сердце, словно петля, полная проводов и опасностей.

Сидя в кровати, я вытираю слезу, бегущую по щеке. Не знаю даже, почему плачу.

Мне не снился кошмар, но скованность в груди почти заставляет почувствовать меня нечто похожее.

Что-то дикое бьется под кожей, что-то пугающее, но вместе с тем… волнующее.

Подтягиваю колени к груди и смотрю на руки под тусклым светом ночной лампы. Не знаю, зачем это делаю. У меня все равно не получится возродить ощущение его руки в моей.

Или тепло его плеча, когда я кладу на него голову.

Или легкость нашего общения.

Мы словно два кусочка одного пазла – он и я.

Он был прекрасен даже тогда – с его мальчишескими чертами лица и растрепанными волосами.

Он вырос и стал смертельно опасен.

Слова, которыми мы обменялись, играют на повторе в моей голове. Мы дали друг другу обещание. Как вышло, что я не помню этого?

«Это ты никогда не сдерживаешь обещания».

Конечно, обещание, данное семилеткой и восьмилеткой, не может быть настолько важным.

Три утра. Наверное, в ближайшее время уснуть не получится. Вставляю наушники и включаю песню на айподе. Меня наполняет Paradise от Coldplay. Достаю телефон и начинаю листать ленту Инстаграма^[10].

С тех пор, как Эйден и Сильвер поговорили со мной в пятницу, я снова стала его сталкером.

Что?

Больше я не могу контролировать мое влечение к нему. Раньше мне это удавалось только благодаря решимости и мысли о том, что я была его любовницей.

Когда все эти причины исчезли, меня охватила потребность проверять, чем он занимается. Просто еще раз взглянуть на него.

Эйден словно наркотик. А я страдаю от ломки.

Это неправильно, но что поделать.

Я скучаю по нему. Насколько мне известно, это не лечится, так что просто листаю его ленту.

Он загрузил последнее фото примерно полчаса назад. Черно-белый снимок его бассейна. Без подписи.

Сейчас уже поздно, и, должно быть, Эйден не может уснуть.

Интересно, вспоминает ли он те дни в подвале? Может быть, он тоже проснулся от воспоминаний о прошлом?

Меня внезапно настигает глубокая тоска. Горькая, но и в то же время сладкая.

Чем больше я смотрю на его лицо на фото, на волосы цвета полуночи и туманные глаза, заразительную улыбку и что-то дьявольское в его облике, тем больше чувствую искушение ему написать.

Могу поставить ему лайк и тем самым намекнуть, что я онлайн. Что не сплю и думаю о нем и нашем кошмарном прошлом.

Включается Things We Lost in The Fire от Bastille.