Книга Извращенное королевство, страница 79 – Рина Кент

— Попрошу тогда Найта или Нэша. За это завещаю им наследство. Целое состояние. А ты будешь одной из этих неприлично богатых вдовушек, которые носят черное и держат трех черных кошек.

Я смеюсь, останавливаясь в углу комнаты.

— Ну ты и клоун, конечно.

— Вот видишь! Быть моей женой не так уж и плохо. От души повеселимся.

— Я серьезно, Ронан. – Я вздыхаю. – Почему ты не скажешь своему отцу, что не хочешь жениться?

— Не могу. Его слово – закон.

— Так ты согласишься?

— Уже. Я единственный ребенок и наследник графа, Элли. В моем свидетельстве о рождении написано, что я женюсь по расчету. Мне повезло, что на тебе, а не какой-то снобке, которая высосет из меня всю душу. Знаешь, как это страшно?

Делаю паузу, размышляя над его точкой зрения. Никогда не думала, что у Ронана будут подобные поводы для беспокойства. Он игрив и беззаботен, и никто не замечает, какой груз ответственности лежит на его плечах.

— Но я…

— Знаю, – перебивает он меня. – Кинг, этот счастливый сукин сын, опередил меня. Засранец. Однако мне нельзя отказаться от помолвки. Это ты должна вонзить меч прямо в мое невинное сердце.

— Вот дурак, – смеюсь я.

— А у тебя отвратительный вкус на мужчин. – Ронан театрально смеется. – А теперь, если позволишь, я собираюсь зализывать раны с сигареткой и девчонкой… или даже с парочкой.

Я с улыбкой вешаю трубку.

Но улыбка исчезает, когда понимаю, что не Ронан принимает решение – это мне нужно будет положить всему конец. Можно ли сделать это, не задев папиных чувств?

— Ты планируешь согласиться?

Я вскакиваю от тихого голоса Тил. Я даже не заметила, что она стоит рядом.

— Тебе обо всем известно? – спрашиваю я.

— Агнус упоминал об этом. – Она изучает черный маникюр, избегая моего взгляда. – Тринадцатый уже согласился на тебе жениться.

После того матча Тил часто называет всадников по номеру на футболке.

— А я-то думала, что ты встречаешься с Одиннадцатым.

— Я… Ну, типа того, да, – отвечаю я. – Я не выйду за Ронана. Просто надо подумать, как лучше сообщить об этом папе.

Тил смотрит на меня, но молчит.

— Папе нужен этот союз с семьей Астора. У графа Астора наивысший титул среди членов избирательного комитета, и если он возьмет на себя обязательства перед папой, то и все остальные последуют его примеру.

— Я знаю об этом.

Вот почему это так больно, и мой мозг работает в ускоренном режиме.

— Если знаешь, то почему не действуешь? – спрашивает она с искренним любопытством, словно тут нет ничего сложного.

— Я не могу выйти замуж по расчету, потому что мое сердце занято кое-кем другим.

— Вот почему лучше, когда твое сердце свободно. Те, кто демонстрирует свою слабость, проигрывают.

— Смотря кому ты ее демонстрируешь, Тил.

Она резко кивает и обходит меня, чтобы пойти в свою комнату.

Мне хочется последовать за ней и спросить, почему Тил сегодня в таком ужасном настроении – хуже, чем обычно, – но решаю оставить ее в покое.

И потом… я сейчас слишком погружена в свои мысли.

Мой телефон вибрирует.

Эйден: Выйди к черному ходу.

Я ни секунды не раздумываю. Выбегаю в коридор прямо к задней двери, которой обычно пользуется прислуга.

Когда я выхожу на улицу, чья-то сильная рука зажимает мне рот. Я задыхаюсь, но звук получается глухим, и никто его не слышит.

Я знаю этого человека.