Книга Влюбиться в твою улыбку. Книга 1, страница 121 – Цин Мэй

Мин в это время лежал в больнице. Врачи сказали, что с травмой запястья пока ничего не ясно – может, «смертный приговор», может, нет, надо пока лечиться и наблюдать. Были шансы, что он успеет восстановиться к финалу S5.

Когда Лу Юэ выпустили, он первым же делом помчался в больницу к Юй Мину. Просил прощения, целую ночь простоял на коленях. Они с Мином договорились, что не расскажут команде, в чем была причина инцидента. Лу Юэ опасался, что правда может подорвать командный дух перед финалом S5. А ведь все работали целый год, чтобы туда попасть, нельзя же было допустить, чтобы подобная ерунда все испортила! Сперва Мин не соглашался, но в конце концов Лу Юэ удалось его убедить.

Лу Юэ сказал так:

— Меня отстранили, ты пострадал. И ради чего? Представь, как отреагируют остальные, если узнают, какие неприятности можно огрести в киберспорте. И получится, что я напрасно вмешался и вообще все было напрасно.

Что ж, Мин признал этот аргумент резонным. Но поправиться до подачи списков он так и не сумел. Запасного мидера отстранили, основной слег – ZGDX ничего не оставалось, кроме как сняться с финала в последнюю минуту.

Много раз потом Юй Мин хотел рассказать остальным, что Лу Юэ не нарочно начал конфликт, но тот не разрешал. Потом и вовсе исчез на целых полгода, даже на Новый год не приехал. От него не было ни слуху ни духу. Вот, собственно, до этого дня…

Юй Мин не спеша рассказал все в деталях, от самого начала и до конца. Потом повисла тишина, никто, казалось, даже не дышал… Да, поступок Лу Юэ был, разумеется, глупым и импульсивным, но сколько ему тогда было? Семнадцать? Восемнадцать? Горячая кровь, поддался сиюминутному порыву, не успел подумать… но многие ли способны на взвешенные решения в этом возрасте?

Это примерно как если бы старшеклассник подслушал случайно, что его собираются избить возле школьных ворот. Его первой мыслью точно было бы не позвонить в полицию и не пожаловаться учителю, а собрать толпу побольше и нанести встречный удар. Вот в чем дело.

Кроме того, Лу Юэ-то собирался провернуть это все в одиночку. Когда он шел с той бутылкой в руках, он оттолкнул Мина в сторону, то есть он изначально не хотел втягивать его в эту разборку. В этом смысле травма Юй Мина и в самом деле была несчастным случаем, ведь такого исхода никто из участников не хотел.

Когда Мин закончил свой рассказ, на лице Пухляша было довольно сложное выражение. Он вынул телефон и у всех на глазах удалил тот пост. Потом развернулся, ушел наверх и закрыл за собой дверь.

PR-отдел остался совещаться с менеджером команды, каким образом рассказать людям правду. Ведь даже если полностью изменить общественное мнение не удастся, все-таки следовало донести до публики, что зачинщиком конфликта была не команда ZGDX.

Лу Сычэн сидел на диване, скрестив руки на груди, и смотрел на брата:

— Героем решил побыть…

Лу Юэ, по-прежнему хрустя рисовым печеньем, исподлобья зыркнул на Мина:

— Я же просил тебя не болтать.

Тот улыбнулся и похлопал парня по голове:

— Тебя и так слишком долго напрасно обвиняли. Я не мог допустить, чтобы это продолжалось.

Лу Юэ с раздраженным видом оттолкнул его руку. А Тун Яо почувствовала, что гнетущая атмосфера на базе наконец-то рассеялась.

Во второй половине дня, пока все обсуждали, как теперь быть со всей этой ситуацией, Лу Сычэн неожиданно решил запустить стрим. Впрочем, в такой момент стрим можно было считать не стримом, а пресс-конференцией. Его канал прямо разрывался от наплыва людей, и все спрашивали про то утреннее видео – что же произошло там на самом деле?