Книга Ты пахнешь как солнце, страница 40 – Эллин Ти

Клянусь, я думала, что он откажется от полета в последнюю минуту, но нет. Мы летим вместе, мы приглашены на свадьбу вместе, мы – любящая друг друга пара, хотя почему-то в эти слова в последнее время стало вериться очень плохо. При этом в своей любви к нему я уверена, слишком давно я с этим чувством, не спутаю ни с чем.

Лететь нам осталось шестнадцать минут, а Даня все еще сидит рядом. В ушах наушники, на глазах маска для сна, у него все отлично, в отличие от меня. У меня в голове полный раздрай, а на душе и сердце какая-то невыносимая тяжесть.

Я просто знаю, каково это – быть отвергнутой тем, кто тебе небезразличен. Я сталкивалась с этим долгие годы. Раз за разом Даня меня отталкивал, а я собирала разбитое на мелкие осколки сердце и пыталась заполучить его любовь снова. А теперь я с другой стороны. Матео… боже, он же признавался мне в чувствах! А я отвергаю его точно так же, как когда-то отвергали меня, а то и хуже.

И мне от этого дико плохо. Просто от одного понимания, что я буду осознанно делать плохо хорошему человеку. И меня это убивает.

Я… я бы, наверное, хотела дружить с Матео. Но могу поспорить, что даже самому Матео это не нужно. Да и Даня не оценит такого друга, будет снова скандал, а я так чертовски устала от постоянных ссор, словами не передать. Я просто хочу нормальной жизни. Любви, понимания, активного совместного отдыха. Не так уж сложно, разве нет? А на деле… Звучит, как невыполнимая мечта.

Пилот сообщает по громкоговорителю, что самолет идет на посадку, и я чувствую, как сердце снова сбивается с ритма. Это невозможно. Я умру от тахикардии еще до приземления, честное слово.

Делаю глоток воды. Достаю восьмую салфетку. Ни черта не спасает, но кардиостимулятора рядом, к сожалению, нет. Он бы точно не помешал мне сейчас. Может, вызвать «Скорую» к аэропорту? Есть ощущение, что она мне понадобится.

Толкаю Даню в плечо, чтобы проснулся, стараюсь дышать глубже, чтобы он не заметил, как сильно я нервничаю. И до самого приземления он пытается прийти в себя после долгого сна, а я просто смотрю в пустоту и не понимаю, почему мое сердце так отчаянно бьется о грудную клетку из-за одного мужчины, когда я многие годы без памяти влюблена в другого?

Натягиваю на лицо улыбку, когда приходит время покидать свои места, забирать ручную кладь и выходить из самолета. Чувствую прикосновение к спине от кого-то из девчонок – не вижу, кто идет по проходу позади, – но точно ощущаю характер этого прикосновения. Оно пропитано успокоением и придает силу, и я понимаю, что мое состояние считывается на раз-два. Они видят всё за моей маской спокойствия, хотя обычно я играю очень убедительно, но… Не сегодня. Моего состояния, судя по всему, не замечает только Даня, раз молчит. Хотя, возможно, это он из-за обиды делает вид, что ему все равно, такое тоже случается. Но я не хочу его ни в чем винить. Я веду себя возмутительно, думая о другом мужчине, поэтому я целиком и полностью заслуживаю его обиды и игру в молчанку.

— Он ведет себя как принцесса, – летит мне в спину тихий голос Яны, когда мы спускаемся с самолета.

Ничего не отвечаю, но не могу удержаться от тихого смешка. Мне даже почти не стыдно за это. Даня и правда обижается слишком часто, а как-то в разговоре Катя выдвинула теорию, что обижаться могут только девушки, потому что они принцессы. Яна тут же сделала вывод из этих слов и каждый раз, когда она замечает обиды Дани, называет его именно так.