Книга Ты пахнешь как любовь, страница 20 – Эллин Ти

Муж Кати, кажется, и правда не против того, что мы сидим всю ночь в свободной спальне их квартиры, смеемся, хотя и стараемся быть тише, плачем и обсуждаем все произошедшее.

— Если ты решишь к нему вернуться, ты мне не подруга больше, – говорит Мира, когда я рассказываю им все, уже успокоившись. – Серьезно. Ненормально было терпеть к себе такое отношение, но это – уже все, Яна, край. Он полный неадекват.

— Знаю, – киваю. Я же и правда знаю, спасибо, ощутила полноту его неадекватности на себе. – Не вернусь. Просто…

— Вот! – вскрикивает она. – Уже какое-то там «просто»!

— Просто это сложно, – пожимаю плечами, – вот и все. Столько лет мы отдали друг другу, я ведь любила искренне, всегда шла за ним, и тут такое… Я просто совершенно не умею одна, что я буду делать?

— Учиться, – говорят Юля и Аля в один голос, – просто никогда не бывает в такой ситуации, но ты справишься. В конце концов, мы у тебя есть! Неужели ты думаешь, что оставим тебя одну?

— Не думаю, – улыбаюсь им. Я правда так не думаю. Сегодняшняя ситуация показала мне настоящих друзей в моей жизни. Я всегда знала, что они у меня прекрасны, но чтобы настолько… Приехали спасать, оказывается, даже не колеблясь. Сразу в чате решили, кто едет, пока я игнорировала сообщения, и просто контролировали обстановку.

Мы очень долго болтаем, а еще девчонки мне делают охлаждающие маски, чтобы снять с лица отек, и мажут раны всякими заживляющими мазями. Я получаю от них столько любви и заботы за эту ночь, сколько не получала от мужчины за последние два года точно. Мы засыпаем вот так под утро, навалившись друг на друга, и от будильника в шесть утра мне вставать как никогда сложно.

Голова трещит, глаза печет. Сил никаких, еще и колено все-таки болит, черт… Я сижу на кровати в окружении спящих девчонок и пытаюсь найти в себе силы на то, чтобы встать.

— Куда собралась? – спрашивает Юля, не поднимая головы.

— На пробежку, – отвечаю ей шепотом, чтобы никого не разбудить.

— Сегодня ты не бежишь, – звучит сонный голос со второй стороны кровати, а потом Мира хватает меня за руку, тянет на кровать, и я падаю на божественно удобный матрас. – Спи. Все.

И… мне хочется возмутиться, что у меня вообще-то режим, что я не пропускаю пробежку уже два года и все такое, но… К черту. Все. Спим.

В итоге просыпаемся мы все ближе к обеду, потому что сегодня выходной и никому никуда не надо, даже мне. Это мой единственный день в неделе, когда у меня нет никаких тренировок, и я думаю о том, что это к лучшему, потому что в своем состоянии мироточить счастьем и улыбаться клиентам было бы очень сложно. Мне еще каким-то чудом надо собрать себя по кусочкам и выдавать эти улыбки завтра.

А еще нужно найти, где мне все-таки жить…

Когда я очухиваюсь, в комнате больше никого, кроме меня, нет. Я еще пару минут смотрю в потолок и принципиально не беру телефон в руки, а потом с трудом, конечно, но все-таки встаю с кровати и иду в гостевую ванную этой шикарной квартиры, иначе я эти хоромы назвать просто не могу.

В зеркале в целом не такая страшная картина, как была вчера. Рана на губе, конечно, выглядит некрасиво, но от нее больше боль и ужас внутри, чем снаружи. А на лице практически ничего нет, все-таки маски девчонок помогли на самом деле. Я замечаю, что в районе скулы есть небольшой синяк, но, если прикрыть волосами или замазать косметикой, его совершенно не будет видно.