Книга Шанс на счастливый финал, страница 146 – Виктория Лавин

Она снова отворачивается, явно не желая давать мне шанс все усугубить. Я бы все отдал, лишь бы этого не делать. Все, что угодно, лишь бы продолжать притворяться, что припадок отца ничего не изменил.

— Марго.

Она снова смотрит на меня. В глазах – испуг и вызов, и у меня прерывается дыхание.

— Я уже написал Медведю, – выдыхаю я. – Он приедет, так что ты не останешься одна. Он… – Делаю паузу, сердце разгоняется до сумасшедшей скорости. – Он отвезет тебя в аэропорт, и ты сможешь вернуться домой.

Ее прекрасные глаза блестят от непролитых слез, когда девушка качает головой.

— Ты не должен этого делать. Ты думаешь, что защищаешь меня от необходимости ухаживать за еще одним больным человеком, но…

— Нет, дело не в этом, – перебиваю я, проводя рукой по волосам. – Просто…

— Что, Форрест?

Ее голос дрожит как оголенный нерв. Я едва слышу его за бешеным сердцебиением, паника лишает меня всякого представления о такте. Слова можно было бы смягчить, но те, что вырываются наружу, грубы и бесцеремонны.

— Я просто не могу позволить себе больше отвлекаться.

Она вздрагивает, словно от удара.

— Это я отвлекаю? – ахает Марго.

В мгновение ужасающей ясности я осознаю все последствия сказанных слов. Для Адама она была слишком преданной сестре. Для своего отца – слишком большой ответственностью. Для своих читателей – слишком бессердечной. И теперь, несмотря на все свои пустые обещания, я сказал, что для меня она тоже слишком. Ненависть к себе расползается в груди, вонзая свои зубы подобно змее.

— Если бы я не повез тебя на курорт, я был бы здесь и смог помочь, – пытаюсь объяснить. – Если бы я не позволил себе так увлечься, я мог бы предвидеть, что все так обернется. Я бы подготовился.

— Значит, это моя вина, – Марго отшатывается от моих слов, как от удара, и осознание того, как быстро все летит к чертям, бьет прямо под дых.

— Я не сказал, что это твоя вина, – я, в свою очередь, повышаю голос. – Я говорю, что нужен отцу, и ты не можешь быть рядом со мной, потому что, когда ты рядом, Марго, ни для чего другого места не остается! – Мои глаза расширены и полны отчаяния. – Не остается места, чтобы думать, не остается, чтобы дышать, а прямо сейчас мне нужно думать. Мне нужно дышать.

Очертания лица девушки расплываются, смягчаясь из-за слез, которые стоят в глазах, так что я даже могу притвориться, будто не вижу выражения ее лица, а оно такое, словно с ней случилось самое худшее.

— А грант? Он тебя тоже просто отвлекал? – спрашивает Марго.

Я делаю шаг к ней, ноги меня не слушаются. Она замирает, и я отчасти ожидаю, что она отвернется. Но когда я останавливаюсь перед ней и запускаю руку в ее волосы, она подавляет всхлип.

— Как бы ты поступила, если бы речь шла о Саванне? – спрашиваю я, встречаясь с ней взглядом.

Марго прикусывает дрожащую губу и едва заметно качает головой.

— Скажи это, – настаиваю я, смаргивая влагу с глаз, и она стекает по щекам, впитываясь в бороду.

Вот оно. Причина, по которой я люблю эту девушку, и причина, по которой не могу допустить, чтобы она обвилась вокруг моей груди как колючая проволока и бархат. Мы – две стороны одного зеркала, идеальные отражения друг друга, не способные пробить стекло.

Марго вздрагивает, когда я провожу большим пальцем по ее нижней губе. Я знаю ее ответ еще до того, как она произносит его прерывистым шепотом.