Книга Падение Брэдли Рида, страница 38 – Морган Элизабет

Но вместо этого я – Оливия.

Милая, беспроблемная Оливия, которая никогда не хочет усложнять никому жизнь.

Я могла бы отложить в сторону свою мечту о плодородном, пышном саде в моем доме, если бы это означало, что я смогу проводить каждый день с мужчиной, которого люблю, верно?

Боже, иногда я ненавижу себя.

Вытащив из кармана единственный ключ, который я сняла с моей связки ранее, чтобы не возиться с ним потом, я вставляю его в замок и поворачиваю, прежде чем шагнуть в то место, которое, как я когда-то думала, станет нашим домом. Но, войдя внутрь, я поражаюсь тому, насколько глубоко я зашла в своих заблуждениях. Я убедила себя, что все здесь идеально мне подходит, что мне не терпится въехать и стать с ним одним целым.

Но здесь холодно.

Здесь как-то одновременно и невероятно скучно, и слишком экстравагантно, все подобрано так, чтобы быть на высоте и бросаться в глаза, но при этом выглядеть как любой другой богатый дом, в котором я когда-либо бывала.

Все в Брэдли было шоу, способом произвести впечатление на человека рядом с ним, причем не так, чтобы намекнуть людям, что он неуверен в себе и хочет, чтобы они видели в нем равного. А так, чтобы он возвышался над ними, чтобы доказать, что он лучше их.

Как и ожидалось, мои вещи не собраны, не оставлены с какой-то запиской с извинениями (ладно, какая-то бредовая часть меня думала – нет, я могу признать это, хотя бы самой себе, – надеялась, что он поступил по совести, собрал мои вещи, положил их в коробку и написал мне какое-то письмо, объясняющее, что пошло не так). Вместо этого мне приходится рыться в ящиках и шкафах по всему дому, чтобы достать те немногие личные вещи, которые я хранила здесь. Сначала я иду к шкафу в прихожей, где он складирует все старые картонные коробки – ему лень самому их сортировать, и он поручает это уборщице.

Она там – я вижу ее – погребена под несколькими коричневыми картонными коробками. Угол позолоченной рамы как раз попадает на свет, и хотя я не раз заглядывала в этот шкаф, это никогда не происходило в полдень, когда свет из переднего окна проникает внутрь и отбрасывает отблеск. У Брэдли я оставалась только на ночь. Наверное, полуденное солнце – это то, что мне было нужно, чтобы найти фотографию.

Хотела бы я увидеть ее год назад, месяц назад. Черт, даже если бы я увидела ее неделю назад, думаю, этого было бы достаточно, чтобы вывести меня из оцепенения и, возможно, заставить меня усомниться в этих отношениях настолько, чтобы спасти себя.

Потому что стоит мне увидеть ее, как меня начинает разрывать желание кричать.

Это наша фотография вдвоем в «Приморском клубе» тем летом, когда мы только познакомились. На ней я целую его в щеку, а он смотрит прямо в камеру, обнимая мою талию загорелой рукой.

Я выгляжу абсолютно очарованной им, и так оно и было.

Он выглядит чертовски красивым; мне не хочется это признавать.

Помню, в каком восторге я была от этой фотографии, купила самую шикарную рамку, какую только смогла найти, и идеально упаковала ее, чтобы подарить ему на нашу первую годовщину. Он сказал мне, что не может дождаться, когда повесит ее в своем кабинете, чтобы каждый день смотреть на меня и улыбаться, зная, что именно в тот день он нашел свой счастливый талисман.

Боже, он назвал меня своим счастливым талисманом.