Книга Жестокое лето, страница 141 – Морган Элизабет

Глядя ему в глаза, прикусываю губу, и вдруг выпаливаю единственный приходящий в голову ответ.

— Если ты этого хочешь.

И через пять секунд, когда на его щеках появляются ямочки, понимаю, что ответила верно. А еще, когда он обнимает меня за талию, притягивает к себе, ловит, когда я, потеряв равновесие на высоких каблуках, падаю ему на грудь, и наконец говорит мне в губы:

— Детка, мужчины вроде меня любят хвастаться своей женщиной. Мужчины вроде меня знают, что женщины вроде тебя всегда носят, что им в голову взбредет, а еще мужчины вроде меня знают, что, если хотят удержать женщину вроде тебя, им нужно научиться драться.

Потом он медленно целует меня, и мозги в голове просто сворачиваются, но я все же шепчу ему в губы:

— Драться?

— На всякий случай, – улыбается он, а я… просто смотрю на него. – Если мне не понравится, как кто-то посмотрит на то, что принадлежит мне, я буду с ним драться.

Зак улыбается все шире, а я все больше теряюсь.

— Так не бывает, – качаю я головой.

— Как?

— Не может человек методично сдавать все мои экзамены, – шепчу я и уже хочу рассмеяться, чтобы сбить градус серьезности, но почему-то не смеюсь.

Наверно, потому что мне отчасти очень хочется услышать, что он ответит.

Он же хмурит широкие брови, пытаясь сообразить, о чем это я.

— Все твои экзамены?

— Ага. Ты снова только что успешно сдал один из них.

В его глазах вспыхивает искра понимания, прямо видно, как он обдумывает мои слова и, наконец, складывает два и два.

— Это тоже экзамен? – он проводит рукой по моему обтянутому расшитой блестками тканью телу, и я, не сдержавшись, улыбаюсь.

— И да и нет. Я бы все равно его надела. Но другие мужчины…

— Я не такой, как другие.

— Правда?

— Правда, – уверенно отвечает он и берет меня за подбородок так, что я не могу отвернуться. – Ками, ты должна понять, я не такой, как другие. Я твой мужчина. И поэтому знаю, что тебе нужно. Тебе нужны свобода и независимость, нужно делать то, что ты хочешь, и носить то, что тебе вздумается. И тебе уж точно не нужен человек, который станет на тебя давить и загонять в рамки, которые тебе немедленно захочется сломать. Знаю, ты этого не искала, ангел, но ты это нашла и понимаешь ведь, что я тебя никуда не отпущу?

Выбора нет.

Я легонько киваю, и уголки его губ ползут вверх.

— Так что да, Ками, я не такой, как другие. Я твой мужчина. И тебе придется к этому привыкнуть.

— Я привыкаю, – шепчу я.

Он же убирает теплые руки с моего тела и отступает. Затем садится на край кровати, широко расставив ноги и упираясь кулаками в матрас, и смотрит на меня, словно все еще пытается разгадать.

Под его взглядом я чувствую себя обнаженной – и вовсе не из-за крохотного платья.

— Тебе в этом наряде комфортно?

— Что?

— Тебе комфортно? Ты чувствуешь себя привлекательной и сексуальной? – Облизнув губы, я честно киваю. – Я так и думал. Ты любишь носить обтягивающее. Любишь красоваться.

Ухватив мое запястье, он тянет меня к себе, и вот я уже стою между его коленей и смотрю на него сверху вниз.

— Ты ведь моя? – Я киваю. – Значит, все хорошо, – теплой рукой он проводит по обнаженной коже на внешней стороне бедра.

— Не понимаю, – шепчу я, задыхаясь от того, как он на меня смотрит, от того, как его мозолистая ладонь гладит меня по бедру, согревая, а большой палец кружит по его внутренней поверхности, подбираясь все ближе к кромке подола.