Книга Жестокое лето, страница 23 – Морган Элизабет

— А теперь хочешь? Слушать?

Я снова задумываюсь над ответом.

— Не очень. Но я впервые за долгое время осталась совсем одна. Раньше мы всегда жили в пятнадцати минутах езды друг от друга. И вот теперь я прозрела и не знаю, что с этим делать. Все это довольно неприятно.

Кто-то подсаживается к стойке, бармен отходит принять заказ, наливает что-то новому посетителю. А я сижу, потягиваю вино и думаю о том, в чем призналась и что это для меня значит.

Этим утром у меня открылись глаза, но, как ни странно, благодаря этому разговору я раскопала в себе еще больше проблем.

— Так что ты собираешься делать?

— Я… я попытаюсь… Попробую давать людям шанс. Может быть.

— Может быть? – ямочки на его щеках так и сияют.

Вспоминаю Оливию. Она будет моей стажеркой, и на первый взгляд она вроде… ничего.

Наверное, стоит дать ей шанс.

И Сиси, та девушка за стойкой ресепшен, была ко мне очень добра.

Может, мне и с ней стоит слегка сблизиться.

А потом я вспоминаю про близнецов…

Судя по рассказам, они просто жуткие. Но стоит ли заранее списывать их со счетов на основании, возможно, предвзятых мнений всего пары человек?

Господи, я и не думала, что заводить друзей и давать людям шанс так сложно!

— Может быть. А ты считаешь, шанса заслуживает каждый?

Ямочки вздыхает.

— Думаю, одни в большей степени, другие в меньшей. Но, в целом, нет, не каждый. Однако ты вроде умная девушка. Спорю, что сможешь определить, кто стоит шанса, а кто нет.

Когда-то я думала, что разбираюсь в людях.

Что мама научила меня видеть их насквозь, сразу определять сильные и слабые стороны, подмечать, что они пытаются скрыть.

Это было до Джейсона. Только тогда я поняла, как ошибалась.

— У меня идея. Может, позволишь пригласить тебя на свидание? Отпразднуем новую главу твоей жизни. Я покажу тебе остров.

Целых тридцать секунд я таращусь на бармена, слегка сбитая с толку.

— Ты хочешь пригласить меня на свидание после того, как я тут перед тобой все кишки наружу вывернула? – я вскидываю бровь.

— Ага.

— Не стану врать, это не лучшим образом говорит о твоем психологическом состоянии.

— Значит, мы прекрасная пара, верно?

У меня челюсть отваливается от изумления.

— Тебе придется постараться получше.

Он улыбается – и боже, я уже готова сказать «да».

— Нет проблем. Терпения мне не занимать.

Звонит колокольчик, повар приглушенно кричит что-то из кухни, и бармен уходит, а потом ставит передо мной корзинку с картошкой фри и жареными креветками.

— Приятного аппетита!

Проболтав с ним еще час, в течение которого я улыбалась больше, чем готова признать, я расплачиваюсь.

— Спасибо. Мне это было очень нужно. И за совет спасибо.

— Придется тебе вскоре снова зайти, я хочу быть в курсе, как продвигаются дела.

Видимо, я совсем разомлела от еды, потому что отчего-то киваю.

— Договорились.

Отодвинув стул, направляюсь к двери.

— Эй, Ками!

Остановившись, я оборачиваюсь, гадая, откуда он знает мое имя.

— Твоя подруга-брюнетка вчера оплатила счет перед тем, как я пошел вас провожать.

Стою, открыв рот, а бармен хохочет. По дороге домой я думаю о том, как ненавижу своих подруг.

И как обожаю этих зараз.

— Здравствуйте, Камила! Большое спасибо, что согласились с нами пообедать! – мило улыбаясь, говорит Джефферсон Кинкейд на следующий день, когда хостес ресторана подводит меня к столику, где он сидит с Оливией и двумя блондинками.