Книга Сладкая месть под Рождество, страница 139 – Морган Элизабет

Но, когда Дэмиен бросает мне третий подарок, неряшливо завернутый в красную бумагу (да, верите или нет, но этот мужчина сам упаковал подарки), глуповатая улыбка на его лице намекает на то, что я зашла слишком далеко, строя планы на год вперед, потому что мы встречаемся всего пару месяцев.

Боже, Эбби, успокойся!

— Я не хочу забегать вперед, еще слишком рано говорить об этом, просто…

— Отличная традиция, mi media naranja, – говорит он, улыбаясь. – Мне нравится.

И тут я, как всегда, не могу удержаться и снова произношу:

— Знаешь, Кэт сказала мне, что это значит. Ты меня называешь так уже несколько недель.

— Апельсином? – спрашивает он и улыбается, но по его взгляду я понимаю, что он знает, о чем я. Комкаю обрывок упаковочной бумаги и бросаю ему в голову. – Naranja – значит «апельсин». Media naranja – «половинка апельсина».

— Она так и сказала, – говорю я, медленно засовывая палец под ленту, которая украшает подарок у меня на коленях.

— Мой отец так называет маму. Говорит, что она его половинка, несмотря на то что они такие разные. Так его отец называл мою бабушку. – Я замираю и задерживаю дыхание от того, насколько он сейчас откровенен со мной. – Для него это значит, что неважно, как сильно они могут поссориться, сколько ошибок натворят, они всегда одно целое. Она всегда будет его второй половинкой.

Я облизываю губы, он смотрит на меня, а потом продолжает:

— Наверное, я с самого начала знал. В то первое утро рядом с тобой.

У меня нет слов.

Я боюсь совсем отпугнуть его, поэтому не знаю, что ответить и как сказать, насколько это важно для меня.

— Открывай, детка, – говорит он, кивая на подарок у меня на коленях. – У тебя будет еще один после этого.

Это освобождает меня от необходимости разбираться с эмоциями, которые переполняют меня, поэтому я делаю как он сказал, срываю оберточную бумагу и вижу…

Плед.

— Плед? – я едва сдерживаю смешок в голосе.

Он темно-синий, практичный и простой, но мягкий и на вид теплый.

— Я бы купил розовый, но у них не было такого, – говорит Дэмиен, улыбаясь, пока я разворачиваю его. – Он с подогревом.

— С подогревом?

— Ты сказала, что у тебя в спальне холодно. И ноги мерзнут. – Я, все еще растерянная, кладу плед себе на колени и вижу переключатель для регулировки температуры. – Хорошо будет его подогреть, а потом укрываться. Нельзя спать, включив его в сеть, это небезопасно, но плед должен помочь.

У меня голова идет кругом.

— Ты купил мне плед с подогревом, потому что я сказала тебе, что в моей спальне всегда холодно. – Я растерянно расплываюсь в улыбке от этого простого действия. – Я же только один раз тебе сказала.

Он пододвигается ко мне, убирая со своего пути коробки из-под еды на журнальный столик, и наши колени соприкасаются.

— Я помню все, что ты говорила мне, Эбигейл, – шепчет Дэмиен и убирает волосы мне за плечо. Он уже говорил раньше, но я думала, это какая-то дежурная фраза… но вот опять. Дэмиен нежно целует меня в губы. – Ты привыкнешь к тому, что я забочусь о тебе.

Я до сих пор не знаю, что ответить.

— Давай еще один, – он кладет маленькую коробочку мне на колени.

Она размером с книгу, красиво упакованная и идеально обвязанная лентой. Ее заворачивал не он. Я тяну за бумагу, срываю ее и вижу абсолютно белую коробку. Открываю ее, убираю тонкую бумагу сверху и вижу сексуальный розовый купальник бикини. Поднимая его, я вскидываю бровь и перевожу свой скептический взгляд на Дэмиена.