Книга Сладкая месть под Рождество, страница 33 – Морган Элизабет

Я не люблю крепкий алкоголь.

Его вкус, запах и то, как он обжигает… Ничего из этого не приносит мне ни радости, ни удовольствия. Если бы все зависело от меня, я бы оставила крепкое спиртное только на случай, когда нужно залечить разбитое сердце. В противном случае его нужно посыпать сахаром и поливать соком, пока от него не останется лишь ненавязчивый и мягкий оттенок вкуса, от которого тебе станет хорошо и тепло, но при этом сам алкоголь не будет чувствоваться.

И тут Дэмиен хватает граненый стакан и выставляет его вперед, будто бросая мне вызов и призывая поднять свой.

Я так и делаю, но нехотя.

Однако снаружи видно только мою маску знойной богини.

Знойной богини, которая обожает крепкий алкоголь. Особенно виски.

Ты сможешь, мысленно говорю себе я, пытаясь сделать над собой усилие.

— Твое здоровье, – говорит он, слегка касаясь моего стакана своим, и подносит его к губам.

Я повторяю и делаю небольшой глоток, пытаясь не выдать своих ощущений, когда виски обжигает рот. Я бы с гораздо большим удовольствием выпила шампанского, фруктового розового вина или неприлично девчачьего дайкири. Или вообще все что угодно, кроме этого дерьма. Но у меня есть план. Я должна придерживаться его.

Как и следовало ожидать, виски обжигает мне все, вплоть до желудка.

К сожалению, хоть я и могу подстраивать мелкие пакости, наносить макияж и с первой попытки подобрать подходящий оттенок розового под любой тон кожи, я плохо умею притворяться, что люблю виски.

Я начинаю кашлять.

И кашляю неприлично громко, как только проглатываю виски, и пытаюсь нащупать рукой салфетку, чтобы прикрыть рот.

Когда кашель меня отпускает, продлившись, к счастью, только несколько секунд, я откладываю салфетку в сторону и смотрю в глаза Дэмиену. На его лице замешательство и беспокойство.

И вдруг он смеется.

Меня накрывает волна смущения, обжигая щеки.

Все идет не по плану. Я должна выглядеть роскошной, воспитанной, его идеальной второй половинкой.

Я должна впечатлить и завоевать его.

А вместо этого он смеется надо мной.

— Ты в порядке? – спрашивает он, протягивая мне стакан воды.

Я хватаю его, смущенно улыбаясь, делаю глоток и киваю. Понятия не имею, что сказать.

— Немного крепкий, да? – спрашивает он, и меня отпускает.

— Да, очень. Неожиданно. Наверное… наверное, в последний раз, когда я пила виски, он был… другим.

Дэмиен приподнимает бровь, но не спорит. Я промокнула рот и кладу салфетку обратно на колени.

— Мне нравится этот, но мой отец делает потрясающий виски, – говорит Дэмиен, приподняв бровь. – Мягкий, совсем не обжигающий.

— Звучит прекрасно. Он сам его делает?

Дэмиен подает мне бокал шампанского, и я с удовольствием делаю большой глоток. Он улыбается, явно сдерживая очередной смех.

Уверена, он меня раскусил.

— Да. Он всегда этого хотел, когда я был маленьким. Когда они с мамой вышли на пенсию, я купил им дом во Флориде, и там есть маленькая винокурня. Теперь он сам делает виски.

— Звучит так, будто он хорошо проводит время, – улыбаюсь я.

— Так и есть.

— А ты чудесный сын, раз купил им дом.

— Благодаря их воспитанию я добился успеха. Это меньшее, что я могу для них сделать.

Я не знала. Этой информации не было ни в одном интервью, ни в одной биографии, ни в одной истории, которые Ричард рассказывал, брызжа ядовитой слюной.