Книга Сладкая месть под Рождество, страница 45 – Морган Элизабет

— Если мы делаем это, то ты моя. Это тело мое. Если ты попытаешься спрятать его от меня, я расстроюсь, – говорю я прямо возле губ Эбигейл, касаясь ее кожи своей.

Она молчит и продолжает смотреть на меня.

— Ты поняла, Эбигейл?

— Да, Дэмиен, – говорит она на выдохе, и я улыбаюсь.

— Хорошая девочка, – шепчу я и вижу, как расширяются ее зрачки при этих словах.

С улыбкой на губах я целую ее. Поцелуй выходит не кротким и милым. Мы чувствуем зубы, языки и тяжелое дыхание друг друга, а ее розовые ноготки впиваются мне в плечи, и я прижимаю ее к изножью кровати и толкаю вниз. Она садится на постель, откинувшись на локти, и, черт возьми, эта женщина выглядит здесь на своем месте. Она соблазнительно улыбается, как будто любые остатки смущения вылетели в окно, и мне это тоже нравится.

Не отрывая от Эбигейл взгляда, я отступаю на пару шагов назад, чтобы насладиться ее видом. От меня не ускользает то, как она пожирает меня глазами, воспользовавшись расстоянием между нами, особенно когда я спускаю свои боксеры до тех пор, пока они не падают на пол. Ее язычок высовывается и облизывает чувственные губы, пока она неотрывно смотрит на меня.

Она сладкая и вместе с тем с перчинкой, и я не могу дождаться, когда узнаю, такая ли она на вкус.

Я опускаюсь на колени возле кровати, провожу пальцем по ее кружевным трусикам, чувствуя, что ткань уже влажная, и слышу, как из ее легких с едва заметным свистом вырывается выдох.

— Боже, ты такая красивая… я в предвкушении моего собственного пиршества, – говорю я и провожу пальцем вверх и вниз ровно в том месте, где, я знаю, она уже очень влажная. Мой палец двигается в сторону, где кружево соприкасается с ее кожей, и опускается туда, где ее бедро перетекает в киску, и я убеждаюсь, что она уже готова. – Не могу больше ждать, хочу попробовать тебя на вкус.

— Это не… Дэмиен…

— Я хочу попробовать на вкус твою киску, Эбигейл, – говорю я, большим пальцем подцепляю резинку трусиков и сдвигаю их в сторону.

Боже мой. Совершенство.

Мой член покачивается в знак согласия.

— Я не думаю…

Я прекращаю пялиться на это райское место и поднимаю взгляд: ее грудь все так же торчит из бюстгальтера, она опирается на локти, светлые волосы каскадом опускаются на простыни.

— Тебя никто не лизал? – спрашиваю я и провожу пальцем по ее киске, собирая ее влагу. Добираясь до верха, я нежно обвожу кругами ее набухший клитор, и все тело Эбигейл содрогается, а с губ срывается тихий стон. – Ответь мне.

Она качает головой.

— Никто? – я приподнимаю бровь.

— Просто… Мужчины же не любят это.

Я останавливаюсь и смотрю на нее, пытаясь понять, шутит ли она. Эбигейл опять прикусывает губу, вуаль спокойствия спадает с нее и приоткрывает ту неуверенную в себе часть, которую я видел чуть раньше.

Надо над этим поработать.

— Может, мальчишки и не любят, детка. Но мужчина? Мужчина обожает, когда женщина выкрикивает его имя, пока его голова находится у нее между ног. – По ее телу снова пробегает дрожь, а губы размыкаются, выпуская вибрирующий выдох. – Понимаешь?

Хоть я и хочу, но не буду этого делать, если ей будет неловко.

Даже если пропустить эту часть для меня подобно смерти.

Но тут я вижу едва заметный и милый кивок, ее подбородок лишь чуть-чуть наклоняется вниз, но мне хватает этого жеста, чтобы уверенно опустить голову, прижаться языком к ней, провести им от самого отверстия вверх к клитору и втянуть в себя самое чувствительное место сверху.