Книга Сладкая месть под Рождество, страница 54 – Морган Элизабет

Готов к новому дню.

На мне было платье с прошлого вечера, а в руках я, как идиотка, держала свои туфли. Он притянул меня к себе одним уверенным и настойчивым рывком, а потом поцеловал.

У меня подкосились коленки.

Он слегка оттолкнул меня назад и оглядел с ног до головы.

— Что ты надела?

— Ну я вчера не взяла с собой чемодан, здоровяк, – сказала я, улыбаясь ему.

На мне не было каблуков, и из-за этого он еще сильнее возвышался надо мной.

— Да, но в следующий раз возьми. Пойдем найдем тебе штаны и футболку, – сказал он, увлекая меня обратно в свою комнату. – Вчера вечером шел снег, помнишь? На улице слишком холодно для такого наряда, тем более что у тебя нет с собой куртки.

— Дэмиен, никакая твоя одежда не будет мне по размеру, если только у тебя не сохранились вещи твоих бывших.

Слова отозвались горечью во рту.

Я возненавидела их.

А еще возненавидела себя за ненависть к ним.

Это не по плану, Эбби.

Дэмиен остановился как вкопанный, повернулся, подвинул меня, прижимая к стене его комнаты рядом с дверью.

— Не смотри так, блонди. Я не хожу на свидания. Я скачал это дурацкое приложение, сам от себя того не ожидая, и девушка мечты свалилась на меня. Ты поедешь домой в одежде, в которой ты можешь утонуть, но это будет моя одежда, и тебе в ней будет тепло. А в следующий раз захвати свои вещи.

— О, – выдавила я из себя единственное, что смогла, открыв рот и уставившись на него широко распахнутыми глазами.

— Да, «о», – произнес он, отошел от меня, схватил пару спортивных штанов. – Вот эти сели после стирки, поэтому могут оказаться вполне ничего.

А потом он дал мне огромный свитшот, и я заявила, что если он его и увидит когда-то еще, то только на мне.

Он улыбнулся и помог мне закатать штанины до тех пор, пока не показались розовые ногти на ногах, и я была готова.

А потом Дэмиен купил мне кофе, рогалик со сливочным сыром, отвез на Лонг-Айленд по пробкам, которые, как обычно, образуются в восемь утра в даунтауне Нью-Йорка, проводил меня до самой квартиры на десятом этаже, поцеловал, стоя у двери, и пообещал встретиться не позднее пятницы.

Да что это за мужчина, черт побери?

Но Кэми и не спрашивает о моих утренних приключениях.

Она интересуется тем, как прошла ночь, потому что я только что рассказала ей, как мы вышли из ресторана, прогулялись до Рокфеллеровского центра и поцеловались под красивым снегопадом, словно в каком-то ромкоме нулевых, которые моя любимая сестра смотрела по телевизору, когда напивалась.

Она спрашивает из-за того гребаного сумасшедшего плана, который мы состряпали, пока я пила, пытаясь заглушить боль разбитого сердца и желая выместить ее на человеке, который стал ее причиной.

— И он упомянул о рождественской вечеринке, – говорю я и вспоминаю, как внезапно почувствовала себя отвратительно, когда Дэмиен завел о ней речь. Будто я поступала неправильно.

— Да ну на хрен! – Кэми чуть не вылетает на встречную полосу.

Раздается резкий сигнал автомобиля, и какой-то таксист беззвучно кричит на Кэм, показывая ей средний палец.

— Господи, Кэм! – кричит Кэт, упираясь руками в приборную панель, и наверняка вся жизнь проносится у нее перед глазами.

Уж мне-то не знать – это участь каждого, кто садится на переднее сиденье, когда Кэм за рулем.

— Ой, заткнись. У него было полно места. Все нормально. Эбс, так он упомянул рождественскую вечеринку?! Все даже проще, чем я думала.