Книга Плохая няня, страница 118 – Тесса Бейли

— Хочешь быть ко мне снисходительна? – Он зацепил пальцем за ее трусики и притянул Таллулу ближе. – Буду честен: к тебе я снисходителен не буду вообще.

Таллула ошеломленно втянула живот на вдохе, а ее соски буквально окаменели прямо у него на глазах. Берджес затаил дыхание, когда она подняла руки…

И медленно запустила пальцы в его волосы.

Ощущение от того, как ее ноготочки впивались в кожу его головы, было лучше всякого оргазма, который он когда-либо испытывал. Берджесу резко понадобилась опора, и он впился руками в бедра Таллулы, притянув ее еще ближе, выпустив весь свой трепет в дрожащем дыхании между ее грудью.

— Почему ты все еще сомневаешься в себе? – Она лениво водила пальцами по его голове.

— Не знаю, я…

Ее гладкая, теплая кожа пахла апельсинами и базиликом. Его язык сам потянулся к ней, желая попробовать ее на вкус вместе со всеми теми ингредиентами, что делали ее такой идеальной. Но, что более важно, – он сразу же ощутил, как сильно стучит ее сердце. Так же, как и его. Черт побери.

— Развод заставил меня осознать то, что я не идеален. И тот факт, что все, на что я полагаюсь в жизни, может в момент из нее исчезнуть. Именно поэтому я еще сильнее ухватился за хоккей. Только вот, глядя в свое отражение, я не могу не замечать свои недостатки. Как на льду. Так и вне его. Я постоянно ищу признаки того, что моя карьера уже закончена.

— Это не так. – Таллула провела большими пальцами по его ушам, массируя мочки, и Берджес задался вопросом, как долго он продержится вот так, прежде чем растает, как воск. – У всех есть недостатки, но твои сильные стороны их перевешивают. Множество твоих… – она медленно потянула его за волосы, – прекрасных… – она накрутила пряди на пальцы, обратив Берджеса в податливую глину, – сильных сторон.

— Спасибо тебе. – Голос его дрожал.

— Не за что, – прошептала она в ответ, и их взгляды пересеклись, заставляя его горло сжаться.

Кем они были друг другу?

Берджес очень хотел задать ей этот вопрос вслух. Потребовать ответов.

Но его голод был сильнее. Гораздо сильнее. И если бы она убежала от него сейчас, тяжесть неудовлетворенного желания сокрушила бы его.

Именно поэтому, хотя его и съедало изнутри, вместо этого Берджес спросил:

— Чего ты хочешь от меня сегодня, красотка?

Ее ногти снова скользнули по его коже, и зрение его помутнело. Мышцы его живота напряглись от чистого удовольствия, а яйца тут же стали невыносимо тяжелыми. Таллула наклонилась ближе и поцеловала его без всякой сдержанности. Ее влажные губки и язык двигались так сладко, что рука Берджеса сама потянулась под полотенце. Он крепко сжал член и начал мастурбировать, наслаждаясь вкусом и ароматом Таллулы. Оба тяжело дыша, они разорвали поцелуй. Берджес скользнул руками вверх по ее талии, коснулся груди Таллулы и сжал ее твердые соски. Соприкоснувшись лбами, они будто искали ответы в глазах друг друга. Во взгляде Берджеса, вне всяких сомнений, отражалась лишь овладевшая им похоть. Острая, болезненная похоть. И чем черт не шутит, быть может, даже самая настоящая уязвимость – вырвавшаяся на поверхность под влиянием навязчивых мыслей о том, что эта женщина, несмотря ни на что, считала его великим, не могла отвести от него глаз, касалась его так, будто он уже был достаточен сам по себе.