Книга Плохая фанатка, страница 117 – Тесса Бейли

Внутри все сжалось.

— Давай никуда не пойдем.

Уэллс двинул бедрами, и она застонала сквозь зубы.

— Уверена?

— Да!

— Не, – протянул он, приоткрытыми губами скользя по шее. – В первые два раза я был слишком возбужден для прелюдии. Но не сегодня. – Он впился губами в кожу плеча. – Сегодня узнаем, насколько я могу возбудить свою девушку. – Распаленная до предела, она попыталась закинуть ноги ему на пояс, но он придержал их и помотал головой. – Потом, Белль.

Она недовольно фыркнула.

— Думаешь, я попаду клюшкой по мячу в таком состоянии?

Уэллс принял задумчивый вид.

— А ты визуализируй удар, Джозефина.

Она задохнулась от возмущения.

— Да как ты смеешь использовать против меня мои же гениальные приемы!

Неожиданно Уэллс ухмыльнулся, отступил на шаг и перекинул Джозефину через плечо. Так и вынес ее из магазина, звонко шлепнув по попе, и направился на парковку.

— У меня и собственные приемчики есть.

Когда Уэллс с Джозефиной вошли в клуб поля «Лоун Пайн», челюсти поотвисали у всех.

У Джозефины не было клюшек, а Уэллс свои оставил в Майами, так что пришлось брать напрокат – но возможность посмотреть на игру Джозефины того стоила. Он не упустил, как на парковке она высвободила ладонь из его хватки, но все понимал. Куда бы они ни пошли, все глаза были прикованы к ним – и в вестибюле клуба, и потом, когда они шли в местный магазин мимо бара. Кто-то подбадривал их, кто-то желал успеха в Торри Пайнс, но сложно было не замечать понимающих взглядов.

Уэллсу хотелось обнять Джозефину, притянуть к себе и оградить от этих зевак, но это только усугубило бы ситуацию, и потому он просто стискивал зубы и проходил мимо. Думал, что в магазине снаряжения градус неловкости спадет, но худшее ждало впереди.

Молодой человек по имени Рен – по крайней мере, так утверждал его бейджик – хлопнул по прилавку и отшатнулся.

— Ого! А я думал, вы по телефону просто прикалывались. – Он задел локтем подставку с брошюрами, опрокинув. – Но правда пришли. Уэллс и Фанатка.

Джозефина натянуто улыбнулась.

— Эм. Привет.

Как только его слова дошли до Уэллса, в горле огнем вспыхнуло раздражение. Он не следил за новостями гольфа. И раньше тоже, потому что бесконечные домыслы комментаторов могли вывести из себя даже матерых профессионалов. Когда это они начали называть Джозефину Фанаткой?

— Прошу прощения, это что такое было? – поинтересовался Уэллс, врезав по стойке кулаком. – Ее не так зовут, мальчонка. Даю еще один шанс.

— Джозефина, – пролепетал он, пятнисто краснея. – Простите, пожалуйста. Просто вас так называют в Х, который бывший «Твиттер». Я хотел сказать «Джозефина». Джозефина Дойл.

Услышав от парня собственное имя, Джозефина слегка растерялась.

— А! Ничего, можно и так.

— Нельзя, – возразил Уэллс.

— Просто… ну, если честно, благодаря вам я наконец-то уговорил свою девушку посмотреть со мной гольф. Это же так романтично. – Он закатил глаза и покраснел сильнее. – Правда, ей не нравится, что Фанатке… простите, Джозефине приходится носить вашу сумку…

Уэллс всплеснул руками.

— Она моя кедди.

— Такая работа. – Джозефина прикусила губу. – Да и сумка легче, чем кажется.

Рен фыркнул:

— Да что вы говорите? Я работаю в магазине для гольфа, я прекрасно знаю, сколько они весят.

— У вас тут есть другие работники? – сквозь зубы поинтересовался Уэллс.