Книга Поцелуй с тенью, страница 92 – Навесса Аллен

Я со старшей школы не рассказывал никому из партнерш об отце. Черт, да все мои интрижки и случайные знакомства заканчивались ровно в тот момент, когда слишком опасно приближались к этой теме. Все потому, что я воспринимал их как потенциально краткосрочные, но в случае с Эли все было не так. Это была не просто захватывающая интрижка. Где-то на прошлой неделе я начал испытывать к ней чувства, и хоть у меня давно не было отношений, я все же помнил, что строить их на основе лжи – это верный путь к провалу.

Это не значило, что я готов перестать развлекаться с ней. Наша игра только началась, и как бы мне ни хотелось остаться и посмотреть, как она засыпает, не меньше меня возбуждала перспектива сделать следующий шаг и увидеть ее реакцию.

— Эй, – сказал я и приподнял ей подбородок, чтобы заглянуть в глаза.

Ее выражение смягчилось, и мой обманчивый разум попытался убедить меня, что видит в нем грусть от скорой разлуки.

— Я сейчас уйду, чтобы ты смогла спокойно поесть и поспать.

Ее лицо вытянулось. Мне, наверное, не стоило испытывать такой триумф при виде ее откровенного разочарования, но я ничего не мог с собой поделать. Эли не хотела, чтобы я уходил. Хорошо. Может, это еще не было признанием в вечной любви, но точно первым шагом к этому.

Я наклонился и уткнулся своим пластиковым лбом в ее.

— Я говорил серьезно. Ты была идеальна. Это было самое сексуальное, что я видел в своей жизни, и при следующей возможности я приложу все усилия, чтобы ты кончила еще сильнее.

Ее глаза испуганно распахнулись.

— А это безопасно?

Я усмехнулся.

— Есть только один способ проверить. Ты в деле?

Она испустила прерывистый вздох и лукаво улыбнулась.

— Да к черту! Я в деле.

— Хорошо. Скоро увидимся, детка.

Я повернулся, чтобы уйти, но она удивила меня, схватив мою руку.

— Подожди секундочку. Я хочу проверить, нормально ли заживает рана.

— Я пошутил по поводу инфекции, – сказал я.

Она кинула на меня «страшный взгляд».

— Это я поняла, но я не прощу себе, если не проверю, нет ли проблем.

Я морщился, когда она отдирала бинт, потом осматривала и прощупывала мою кожу вокруг раны, проверяя ее состояние, а потом внимательно разглядывала швы.

— Выглядит нормально. Ты следовал указаниям, которые я тебе оставила?

— Да, мэм.

Она выпустила мою руку и покачала головой.

— Тогда, полагаю, ты можешь идти.

Я схватил с кресла рюкзак, но все же задержался прямо перед выходом, чтобы убрать выбившуюся прядь волос ей за ухо. Я не мог сдержаться – было невозможно находиться так близко и не прикасаться к ней.

— Позаботься о нашем сынке, пока меня нет, – сказал я, заставляя себя двигаться в сторону двери. – И не давай ему больше бекона. Ему хватит.

Мне вслед прозвучал ее смех.

— Ты такой самонадеянный!

Я остановился и сунул голову в дверной проем, воспользовавшись поводом взглянуть на нее последний раз. Она примостилась на краю кровати в своей скромной пижаме, удерживая на коленках тарелку с едой, которую я ей приготовил. Темные взлохмаченные волосы обрамляли ее лицо, а сквозь жалюзи проникал свет солнца.

— Самонадеянный? – переспросил я. – Ну нет. Я видел, как ты смотрела на меня, и решил не противиться твоим неминуемым притязаниям.

Она запустила подушкой мне в голову.

Я засмеялся и пригнулся. Уходя, я задержался, чтобы попрощаться с Фредом, отключил камеру над парадной дверью и вышел.