Книга Сотканные из ненависти, страница 84 – Нонна Монро

— А заколка? – встревоженно спросила она.

— Я найду ее.

Кайли коротко кивнула, в глазах застыло недоверие, на которое она имела полное право. Большую часть времени я вел себя как мудак. Особенно с ней. И добродетель с моей стороны сбивала ее с толку. Но помимо того, что я пытался разобраться в себе, я хотел, чтобы она была собой, а не цепляла маску, которую ей приходилось носить рядом с другими клиентами.

Мы вместе покинули номер. Мне требовался душ, но я не собирался возвращаться без заколки, насколько бы абсурдно это ни звучало. Она нуждалась в ней.

А я нуждался в улыбке Кайли.

Во-первых, я выспалась.

Во-вторых, за окнами все еще была ночь.

В-третьих, Коул в соседней комнате шумел.

Я скинула с себя одеяло, накинула поверх ночнушки шелковый халат и на цыпочках прокралась к двери. Не существовало ни одной причины, по которой Коул не должен был меня видеть, но почему-то мне хотелось немного понаблюдать за ним. Помимо шума я уловила звук телевизора. Какие-то взрывы, крики и глубокий мужской голос, призывающий всех успокоиться. Мое сердце замерло, а в следующую секунду на полной скорости врезалось в ребра.

Это что, Мстители?

Тихо приоткрыв дверь, я заглянула в гостиную одним глазком. Коул сидел на диване и с хмурым видом смотрел на экран. Волосы были взъерошены, на щеках играли желваки, а между пальцами скользило что-то черное. Присмотревшись, я поняла, что это моя счастливая заколка.

Иисус. Христос. Он нашел ее.

Я с трудом сдержала визг. Сердце в груди разбухло до таких размеров, что стало трудно дышать. Дверь скрипнула, и глаза Коула метнулись к ней.

— Бруклин, ты следишь за мной? – хриплым голосом спросил он. Его взгляд скользнул по обнаженным ногам, а после остановился на моем лице. Приятные покалывания пробежали по коже.

— Зачем мне это делать? – Я открыла дверь и позволила ему осмотреть меня с головы до ног. Что-то первобытное промелькнуло в его глазах. Это не должно было вызвать у меня любопытство, но именно оно бушевало в груди.

Я сократила между нами расстояние и плюхнулась на диван. Халат задрался, открывая его взору больше кожи. Коул издал хриплый стон, но не отвернулся.

— Ты нашел мою заколку, – заметила я, стараясь говорить ровно и не выдавать своей радости.

— Ты даже представить себе не можешь где, – выдохнул Коул, и его взгляд снова остановился на моих бедрах. Пальцы продолжали заигрывать с заколкой, мягко поглаживая шелк. Ласкали так, словно… О, нет. – Пришлось ее постирать.

— Заколку? – мой голос стал низкий, а глаза все еще наблюдали за его длинными пальцами. И вот так я выяснила, что можно долго смотреть не только на огонь и воду, но и на руки Коула.

— Ее. – Указательный палец остановился на центральной части банта и круговым движением погладил его. Во рту пересохло. Жар стремительно скапливался внизу живота, и мое нижнее белье стало мокрым.

— Где?

Коул рассмеялся, и этот звук отозвался между моих бедер. Я втянула воздух сквозь стиснутые зубы и мысленно проклинала свои глаза за то, что они такие падкие на красивые руки.

— Ты выбросила ее в урну, Бруклин, когда забирала шары.

Мои губы сложились буквой «о», на что Коул одарил меня дразнящей улыбкой. Он выглядел непривычно расслабленным и источал спокойствие, которое окружило меня теплом. Только сейчас я заметила, что на нем были простые серые спортивные штаны и черная футболка, подчеркивающая мышцы груди.