Книга Сотканные из лжи, страница 121 – Нонна Монро

Я сглотнул. Голова раскалывалась не только от боли, но и от мыслей. Разбитое сердце кровоточило.

— Уверен, что ты не хотел подписываться на такое, вступая в отношения с Кэтрин. — Мне нужно было увести его с темы, иначе я бы захлебнулся в жалости к себе.

— Я принял все аспекты ее жизни, а ты — неотъемлемая часть. Было бы странно после этого возмущаться. Но Тайлер, некоторые проблемы мы не можем решить без вмешательства. Наши возможности ограничены. Не страшно попросить помощь, страшно от нее отказаться.

— И почему мне кажется, что ты говоришь о Стефане Гранте? — Я напрягся. Никто никогда не упоминал его имя.

— Потому что о нем я и говорю. Мое эго не рассыпется, если я признаюсь, что не обладаю нужными связями. И это не я ужинаю с генеральным прокурором. Пойми, Тайлер, имея все доказательства на руках, не факт, что кто-то прислушается к тебе в суде. Подобный бизнес основан на взятках. И учитывая все это, прости, раз считаю, что твой голос прозвучит не так громко, чтобы остальные его услышали.

— Он отрекся от меня после смерти матери.

— И совершил самую огромную ошибку в своей жизни. Но я не приглашаю Стефана Гранта к нам на следующее Рождество и не собираюсь заворачивать ему подарок. Он — человек, имеющий связи и возможности и искренне ненавидящий Джеффа.

— Тогда почему он ничего не сделал? — Выплюнул я. Нейт вытаскивал из меня давно затаенную обиду на Стефана. Я не мог контролировать эти эмоции. Не мог с ними справиться. Они обнажали душу.

— Наверное, потому, что голос двенадцатилетнего мальчика звучал не так громко. Или же он ничего не сказал. Так тебе почитать? — Он взглядом указал на книгу.

Я неопределенно кивнул, обдумывая его слова. Голос Нейта наполнил спальню. Он читал мне повесть Стейнбека, которую мы оба не поняли. От низкого тембра меня клонило в сон. Дверь открылась, и в проеме показалась Кэтрин, со сложенными руками на груди. Вопросительный взгляд скользнул от меня к Нейту.

— Сказка на ночь?

— Вряд ли «О мышах и людях» позиционируется как сказка.

— Кого это волнует.

Нейт усмехнулся. Кресло под ним скрипнуло и чуть качнулось. Кэтрин не сводила с меня глаз, даже когда Нейт поцеловал ее в висок.

— У тебя два варианта, — сказал он, останавливаясь в дверном проеме. — Либо ты убьешь собаку, либо она умрет своей смертью.

Я задумчиво уставился на него. Вряд ли он пытался донести до меня смысл повести.

— Почему ты так поступил? — Внезапно заданный вопрос вырвал из мыслей.

— Потому что не имел права подвергать тебя опасности.

— О, так ты задумывался о последствиях? Браво.

Я знал излюбленную тактику Кэтрин и готов был выдержать все, если это означало, что она остынет.

— Если бы не копы, они бы могли убить тебя, — короткий всхлип сорвался с ее губ. Кэтрин вскинула голову, пряча слезы, и с силой сжала кулаки.

— Копы?

— Это чертовы детали, Тайлер, которые сейчас не имеют уже значения. А то, что ты молча ушел, да.

— Я чувствовал, что делаю недостаточно.

Кэтрин закатила глаза и опустила руки. Когда она подошла к кровати, я едва не вздохнул от облегчения.

— Сними костюм, супермен, и прими, что некоторые вещи не в нашей власти. А лезть на рожон и подставлять висок к дуло, как минимум не твоем стиле. Оставь это другим.

— Прости меня.

— К черту это, Тайлер. Извинения не вернут мои нервные клетки. Даже придурок Шон пытался успокоить меня, осознай масштабы своего поступка.