Книга Сотканные из лжи, страница 30 – Нонна Монро

Книга в руках интересовала не так сильно, как спор Энтони и Кэтрин. Я даже вмешался, узнав, что он флиртовал с Лили. Я не мог объяснить свое отношение к ней, однако чувствовал тонкий шлейф боли, тянувшийся из детствах. Не в моих правилах было навязываться. Я приходил лишь в крайних ситуациях, если речь шла не о Кэтрин. Иногда людям требовался человек, который ни сколько поможет советом, а внимательно и вдумчиво выслушает. Моего багажа знаний и книг, прочитанных по психологии, очевидно не хватало, чтобы наставлять людей. Но я умел молчать, прятать свое мнение во время монолога и вычленять истинную суть проблемы, что пробивалась сквозь бессвязную речь и потоки слез.

— Я хочу курить.

Я захлопнул книгу и приобнял Кэтрин. Два взгляда обожгли бок. Эшли и Колин. Они бессовестно рассматривала нас, но лишь одна с толикой осуждения. Кэтрин отчего-то напряглась. Коробка с кошмарами прошлого распахнулась, овладевая телом и разумом. Я прижал ее сильнее. Напомнил, что все еще здесь. Что она не обязана проживать это в одиночку. Но глаза Кэтрин наполнились болью и страхом. На нас смотрели все, но это не имело никакого значения, ни сейчас, ни в любой другой день. Я смотрел в глубины карих глаз, выискивая мою раненую девочку. Медленно поглаживал большим пальцем холодную, нежную кожу. Она цеплялась за меня, словно нашла посреди бушующего моря плот. И я готов был им стать.

Нейт находился среди зрителей. Я чувствовал его испепеляющий взгляд. И решил одним поцелуем помочь им двоим. Мягкие губы Кэтрин впустили мой язык. Поцелуи с ней никогда не были нежными. Но не в этот раз. Кэтрин была слишком напугана, чтобы проявить инициативу. Поэтому я взял все в свои руки. И когда прогремел голос Нейта, губы самовольно изогнулись в ухмылке.

Мы проследовали к выходу, окруженные любопытными взглядами студентов: одни смотрели с неприкрытым азартом и восхищением, другие — с осуждением закатывали глаза и с презрением покачивали головой, перешептываясь друг с другом, и лишь одно лицо выражало целую бурю эмоций. Эшли сидела в окружении подруг неестественно бледная, отстраненная, черты круглого лица сделались острее, и лишь глаза горели ярким пламенем, природу которого мне не удалось распознать.

* * *

Не смотря на то, что я был в кабинете Нейта, на этот раз не смог удержаться, чтобы внимательно рассмотреть полки. Выдержанные в едином стиле, с одинаковыми обложками и корешками. Нейт предпочитал американскую и английскую классику. Я спросил разрешение, Нейт дал согласие. Краем уха слушая их, рассматривал повесть Джона Стейнбека «О мышах и людях». Цепляющее название сразу привлекло внимание. И пока Кэтрин выясняла отношения с Нейтом, я начал читать первую страницу.

Кэтрин сбежала. Ушла, оставив нас наедине. В глазах Нейта читался вопрос. В моих скрывался ответ.

— Ты не выудишь из меня информацию, Эндрюс. Если что-то хочешь узнать, иди к ней и поговори.

— Почему она сбегает?

— Потому что привыкла справляться с эмоциями в одиночку.

— Можешь взять книгу.

Я воспользовался его предложением и направился к выходу, не теша себя мыслью, что Нейт пойдет следом. Однако он сумел меня приятно удивить. Я внимательно изучил его лицо, в поисках фальши. От нее веяло уверенность в своих действиях и мыслей, а в глазах читалась неподдельная верность, а под ней плескалась любовь в самом раннем ее проявлении.