Книга После брака. Любовь со сроком давности., страница 35 – Анна Грин

Я двинулась из приёмной в сторону лифта, но быстрые поспешные шаги настигли меня на полпути.

— Вы даже не хотите со мной поговорить.

— О чем? Вы женаты на моём бывшем муже, все отлично. У вас жизнь удалась. Я не вижу никакого смысла в разговорах. Вы получили то самое желанное, что хочет любая любовница — брак. И если вы рассчитывали, что, гуляя в браке от меня, он вам будет верен, то это глупость несусветная. Я ему, конечно, свечку не держала, но не могу точно сказать, что за Валерой не водится никаких грехов уже в вашем браке.

— Я знаю, что он с вами спит!

— Побойтесь Бога. Зачем мне старпёр, у которого куча комплексов? Прекратите меня преследовать. Это по меньшей мере глупо. По большей мере странно. Вы унижаете себя тем, что носитесь здесь.

Я не хотела с ней говорить. Я считала, что это проявление неуважения к себе. Кто она и кто я. Я женщина, которая никогда не переступила рамки морали. Она женщина, которая наплевала на мораль. Прогнула её под себя, оправдала тем, что её мужчина любит, а в браке он живёт с ненавистной женой. Отличная логика, гениальная!

Я зашла в лифт и поскорее нажала на кнопку, но Ада, несмотря на то, что у неё ноги были короче, чем у меня все-таки нырнула внутрь.

— Вы же понимаете, что мы сейчас спустимся, и я сдам вас охране?

— А вы понимаете, что разрушаете семью. Вы понимаете, что лезете в стабильные отношения. Вы хотя бы понимаете, что вы ребёнка без отца оставите?

Ударом в сердце прозвучали её слова, а потом Ада распахнула своё пальто и показала небольшой, округлившийся живот, который она придерживала снизу.

Глава 18

Я вздохнула и покачала головой.

Мне даже говорить по поводу этого ничего не хотелось.

Лифт звякнул, и я, развернувшись, молча вышла из кабинки. Ада, бежала за мной, пыталась что-то мне сказать, но мне было абсолютно по-музыкальному: по барабану, флейте, либо лютни.

Когда я приблизилась к своей машине, Ада с разбегу влетела мне в спину и постаралась схватить за руку, но я, потеряв равновесие, оступилась и сорвалась с небольшого поребрика, тряхнула рукой так, что оттолкнула от себя любовницу мужа.

— Хватит, — произнесла я холодно. — Приехали, уведомили меня в том, что вы плодитесь и размножаетесь, как кролики? Отлично. Только не надо меня заставлять присутствовать при этом.

— Вы не понимаете, вы ничего не понимаете. Я пытаюсь спасти свою семью.

— При этом вы разрушили чужую. — Заметила я зло. — Выходя замуж за изменника, вы должны были просчитать, что верным он по определению быть не может. Так с чего вы взяли, что вас обойдёт моя судьба?

Произнеся это, я оттолкнула от себя Аду и, обойдя машину, села за руль. Она попыталась достучаться до меня через боковое окно, но мне было уже плевать. Щок от осознания того, что Валера не просто пытался сделать из меня любовницу, но и при этом гулял от беременной женщины настиг меня так резко, что я даже не могла толком слышать звуки. Меня потряхивало от осознания того, что кто-то получил мою мечту, кто-то получил то, что было желаемо мной — третий ребёнок, мой и Валеры, но беременной оказалась его любовница.

Я отъехала на пару кварталов и, притормозив у кондитерской, тяжело задышала, обнимая руками руль, бутылка минералки, вечно валяющаяся в машине, вдруг оказалась мне недоступна. Просто потому, что кончилась. Я прикрыла глаза и под маской равнодушия вдруг стала пробиваться та самая Маша, которая стояла, растерянная в момент, когда Валера сказал о разводе. Тотальное чувство беспомощности и уязвлённости растекалось по всему сердцу. Я шмыгнула носом, постаралась взять себя в руки, но поняла, что я сейчас просто на это не способна, и мне казалось, я быстрее сойду с ума, чем добьюсь от себя каких-то вменяемых поступков. Поэтому, выйдя из машины, я пошла в кондитерскую, купила себе самый большой кофе и поднялась на верхний этаж, в лаунж зону. Сидела рядом с заснеженным окном. И тяжело дышала.