Книга Младшая сестра, страница 101 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

— Возможно, со временем освоитесь еще больше, – многозначительно заметил мистер Говард. – В будущем вам придется часто тут бывать.

— Не думаю. Едва ли я могу рассчитывать на подобную честь, не имея никаких прав на внимание мисс Осборн.

— На людях, обладающих положением и богатством, лежит большая ответственность, – протянул мистер Говард как бы в задумчивости.

Его собеседница, ничего не ответив, с завидным прилежанием продолжала вышивать, втайне лелея надежду, что скоро в гостиной кто‑нибудь объявится и избавит ее от смущения, вызванного этим тягостным разговором. Наконец, собираясь вдеть в иголку новую шелковую нить, Эмма подняла голову и поймала взгляд собеседника, устремленный на нее. Выражение глаз противоречило холодному тону мистера Говарда и его мрачному лицу. Девушка залилась густым румянцем, увидев, с каким серьезным и в то же время печальным вниманием он смотрит на нее, и, чтобы скрыть собственные чувства, вновь с рвением взялась за вышивание. Ей хотелось что‑нибудь сказать, но она не находила безопасной темы, не имеющей отношения к ее теперешним переживаниям. Мистер Говард вновь нарушил молчание первым:

— Насколько я понимаю, вы со мной не согласны, мисс Уотсон. Научило ли вас более тесное знакомство с обитателями замка тому, что высокое положение – это не только честь, но и удовольствие? Убедились ли вы, что счастье легче купить и упрочить в высших кругах и что знатность и богатство – прекрасная замена свободе и приволью?

— Будь мне известно, что простое молчание навлечет на меня подобные обвинения, мистер Говард, я бы, конечно, согласилась с вашим предыдущим высказыванием.

— Простите, что приписал вам чужие мысли, – оживился тот. – Мне посчастливилось хорошо узнать вас, и я не могу не испытывать интереса к вашим чувствам и не желать вам счастья.

— Я очень признательна вам за добрые слова, однако надеюсь, что мое не слишком долгое пребывание в этом семействе не даст моим друзьям повода к опасениям за мой душевный покой и умонастроение. Они едва ли стоили бы такой заботы, если бы меня так легко было сбить с пути.

— Свет слепит глаза, привыкшие ко тьме, – многозначительно заметил мистер Говард, – и потом они долго не различают истинных красок мира.

Эмма на минуту задумалась, после чего, посмотрев на собеседника, с некоторой запальчивостью промолвила:

— Должна ли я заключить из сказанного вами, что мое знакомство с мисс Осборн и даже с ее братом может внушить мне недовольство или сделать меня несчастной, заставит пренебречь прежними друзьями и презреть тех, кто прежде был добр ко мне? Скажите без обиняков, что вы имеете в виду, мистер Говард? Гораздо легче и правильнее сразу говорить напрямик, если вы действительно хотите быть моим другом.

Произнося эти слова, Эмма не сводила с собеседника глаз: в страстном ожидании объяснения она отбросила всякую застенчивость или попросту позабыла о ней. Лицо же мистера Говарда выдавало крайнее смятение; он явно колебался с ответом. После короткой паузы, видя, что джентльмен молчит, Эмма продолжала:

— Боюсь, из ваших слов мне ясно, что вы готовы обвинить меня в подобном поведении. Скажите, не решила ли миссис Уиллис вчера вечером, что я пренебрегла ею и переметнулась к мисс Осборн? Если так, то это чрезвычайно огорчит меня, потому что ничего такого я вовсе не желала. Если ваша сестра обижена, должно быть, я совершила какую‑то ошибку, и с готовностью сделаю все, что в моих силах, дабы объяснить происшедшее.