Книга Младшая сестра, страница 115 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

Эмма промолчала. Ее переполняло такое сильное возмущение, что она боялась раскрыть рот.

— Надеюсь все же, – гнул свое Роберт, – что в преступной халатности ты не повинна. Молодой лорд, конечно, настоящий болван, но этот брак был бы выгоден для тебя – и для твоей семьи. Больше всего на свете я хочу стать поверенным барона и распорядителем его имущества, помни об этом!

— Боюсь, – ответила Эмма, изо всех сил стараясь сдержаться, – что если исполнение твоего желания зависит от моего брака с лордом Осборном, то едва ли оно когда‑нибудь осуществится.

— Очень жаль, – серьезно ответил Роберт, – но я знаю, что столь благоприятные союзы заключаются не без некоторых хлопот и усилий. Возможно, поживи ты тут подольше, у тебя было бы больше шансов. Я подумаю об этом.

Эмме очень хотелось попросить брата, чтобы он не утруждал себя, но она сочла, что благоразумнее промолчать.

В следующий раз когда Эмма осталась наедине со старшей сестрой, та призналась, какое огромное удовлетворение доставило ей известие о помолвке Пенелопы. Судя по тому, что удалось выяснить Элизабет, приготовления шли полным ходом и брак был бы уже заключен, кабы не болезнь мистера Уотсона. Что до денежной стороны вопроса, это определенно была хорошая партия для Пен. И хотя сама Элизабет не жаловала пожилых вдовцов, страдающих астмой, она не могла ожидать, что у всех окружающих будут такие же вкусы, как у нее. Если сама Пенелопа довольна, лучшего и желать нельзя.

Эмма придерживалась иных взглядов и настроений. Ей бы хотелось, чтобы Пен требовала большего и не считала главной целью и венцом супружества размеры имущества, закрепленного за женой. Пенелопе явно недоставало то ли утонченности, то ли принципиальности, что и привело к подобному исходу. Эмма дивилась, что Элизабет не разделяет ее чувств.

Затем мисс Уотсон перешла к обсуждению помолвки Маргарет, которую она, по ее словам, сочла невероятным событием. Элизабет поведала Эмме, что в день бала на обратном пути домой Маргарет без умолку болтала глупости, а потом объявила о своей помолвке с Томом и сказала, что назавтра он приедет просить согласие у отца. Маргарет, очевидно, ожидала жениха после полудня: она уделила необычайное внимание своему туалету и уговорила Элизабет приготовить на одно блюдо больше – на случай, если Том останется у них на весь день. Однако сей джентльмен так и не появился. Вечером же у отца случился приступ, и уверения сестрицы вылетели у Элизабет из головы. Теперь она задавалась вопросом, не была ли помолвка ошибкой – тщеславной фантазией Маргарет или следствием того, что Том, разгоряченный шампанским и флиртом, ляпнул лишнего. Прошло уже целых два дня, а он все не появлялся; Маргарет написала ему вчера, но ответа не получила. Будь на ее месте Элизабет, она, конечно, была бы недовольна таким поведением суженого.

Немного поколебавшись, Эмма все же сказала Элизабет, что она лично может поручиться за правдивость заявления Маргарет: Том действительно сделал предложение и оно было принято. Взяв с сестры обещание хранить тайну, Эмма поведала ей о том, как они с мисс Осборн стали невольными свидетельницами беседы влюбленных. Само собой, вопрос был устранен, однако сестер по-прежнему удивляло, что мистер Мазгроув вообще посватался к Маргарет и что с тех пор он не предпринял дальнейших действий. Удивлялись они, впрочем, впустую (да и времени на раздумья у них было не так уж много), а скоро все их помыслы и внимание были прикованы к состоянию отца.