Книга Младшая сестра, страница 119 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

Обсуждали брат с сестрой и Эммино будущее. Сэму была невыносима мысль о том, что бедняжке придется поселиться у Роберта и его жены.

— Ты, наверное, скажешь мне, что я неправ, – говорил Сэм, – но я терпеть не могу миссис Роберт Уотсон, такую самонадеянную, бессердечную и лицемерную… Я не злой человек, Эмма, и не желаю ей ничего дурного: моя неприязнь к Джейн не настолько велика. Но я не хочу, чтобы ты постоянно находилась в обществе невестки: она этого недостойна, да к тому же будет тебя изводить.

— О нет; надеюсь, что, если придется поселиться там, у меня хватит твердости характера и терпения ужиться с Джейн. Ты не должен ослаблять мой дух сочувствием, лучше научи меня смотреть вперед с надеждой или, по крайней мере, со смирением. Не жалей меня, иначе станет только хуже.

Сэм возразил, что Эмма во всех отношениях слишком хороша для такой прискорбной участи и, как только у него появятся дом и доход, пусть даже небольшой, она непременно должна будет поселиться с ним. Эмма от души пообещала так и поступить. Она чувствовала, что после знакомства с милым Сэмом на сердце у нее стало легче и радостнее.

Когда дошло до отцовского завещания, выяснилось, что оно было написано три года назад и что ни Эмме, ни Роберту не полагалось никакой доли из суммы в две тысячи фунтов, которую собирался оставить в наследство детям мистер Уотсон. Старшему сыну уже было передано во владение все, на что тот мог рассчитывать, поскольку отец внес значительную сумму на открытие Робертом своего дела. Касательно Эммы на момент составления завещания все полагали, что ее обеспечит дядюшка, и, хотя ожидания эти не оправдались, мистер Уотсон, судя по всему, так и не собрался с силами изменить завещание и выделить младшей дочери долю в том немногом, чем он владел.

Осталось неизвестным, был ли Роберт разочарован тем, что первородство больше не принесло ему никаких выгод. Вероятно, горечь унижения смягчалась мыслью о том, что Эмма попадет в полную зависимость от него, будет подчиняться всем капризам брата и сделается бесправной рабыней в его доме. Роберт немедленно распрощался с родными и уехал в Кройдон, условившись с тремя сестрами, что, уладив дела в Уинстоне, они последуют за ним. Пенелопа же заявила, что намерена при первой удобной возможности вернуться в Чичестер. Недельный отпуск, полученный Сэмом, еще не истек, и юноша покамест оставался с сестрами. На следующее утро после отъезда Роберта, когда Эмма с братом коротали время вдвоем, к ним присоединилась Маргарет и, сев рядом с Сэмом, напыщенно объявила, что хочет с ним посоветоваться.

— Ну, Маргарет, что я могу для тебя сделать? – доброжелательно осведомился тот.

— Мне нужен твой совет относительно чрезвычайно важного дела, Сэм. Пообещай, что поможешь!

— С готовностью, Маргарет, ты ведь знаешь, что все любят, когда с ними советуются. Так что поведай мне обо всем. Я даже не стану требовать, чтобы ты следовала моим советам: это было бы уже слишком!

— Что ж, слушай. Я помолвлена и собираюсь замуж. Что ты об этом думаешь?

— Скажу, когда узнаю, кто жених.

— О, уверяю тебя, партия весьма завидная! Он превосходный молодой человек – такой любезный, светский, умный. Да ты и сам со мной согласишься, когда услышишь его имя: мистер Том Мазгроув!