Книга Младшая сестра, страница 12 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

— Не слыхала о нем ничего такого, что расположило бы меня к нему, – холодно возразила Эмма. – Элизабет упоминала мистера Мазгроува, и, судя по моим сегодняшним наблюдениям, ее описание оказалось весьма похожим на правду.

Больше ничего особенно интересного сказано не было, и хозяева, вдоволь назевавшись, разошлись по спальням, к великому облегчению юной гостьи, которая ужасно хотела спать и мечтала о темноте и тишине.

На следующее утро, когда дамы в молчании сидели вместе и Эмма уже ожидала появления старшей сестры, которая должна была приехать за ней, раздался громкий стук в дверь, произведенный рукой гораздо более мужественной, чем ручка Элизабет Уотсон. Впрочем, у Эммы не было времени гадать о персоне прибывшего, ибо через мгновение доложили о приходе мистера Мазгроува. Ледяной прием миссис Эдвардс и холодная невозмутимость Мэри как будто не произвели на гостя никакого впечатления – во всяком случае, так заключила Эмма, ибо у молодого человека ничуть не поубавилось самодовольства, явно ему присущего и поразившего ее еще при первой встрече.

Отпустив для начала несколько комплиментов дамам, Том Мазгроув повернулся к Эмме и вручил ей записку, заметив, что послание отчасти объясняет и извиняет его вторжение. Записка оказалась от Элизабет, которая сообщала, что отец почувствовал себя лучше обычного и неожиданно решил присутствовать при епископской инспекции, назначенной как раз на этот день, а поскольку мистер Уотсон воспользовался для этих целей коляской, Элизабет не сможет приехать за сестрой, как обещала. Она добавляла, что совершенно не представляет, как поступить, разве только Эдвардсы пригласят Эмму погостить у них еще немного, ибо так, пожалуй, будет лучше всего.

Поразмыслив несколько минут над досадным известием, Эмма уже собиралась объявить о своем затруднительном положении миссис Эдвардс, но Том ее опередил:

— Я преследовал собственный интерес, мисс Эмма, когда условился передать вам эту записку вкупе с устным сообщением от вашей сестры, которое вы должны позволить мне теперь изложить. Я встретил мисс Уотсон в деревне, когда она искала посыльного, и предложил выполнить ее поручение, о коем она сама мне поведала, однако выдвинул условие, что мне разрешат отвезти вас домой в моей двуколке. Поверьте, я с величайшим восторгом доставлю вас в Уинстон, экипаж уже подан к дверям и ожидает, когда вы окажете мне честь своим согласием.

Эмма слегка встревожилась.

— Элизабет в самом деле хотела, чтобы я вернулась домой с вами? – с сомнением уточнила она.

— Уверяю вас, услыхав о моем предложении, мисс Уотсон выразила полное и безоговорочное согласие. Одно ваше слово – и я прямо сейчас, через полчаса, через час или в любое другое время буду к вашим услугам!

— Я вам очень признательна, – ответила Эмма, колеблясь между опасением показаться Эдвардсам навязчивой и крайним нежеланием поддерживать даже видимость близости с мистером Мазгроувом, – однако, полагаю, нет ни малейшей необходимости доставлять вам подобное беспокойство. Я с удовольствием пройдусь пешком и, без сомнения, легко найду кого‑нибудь, кто согласится донести мои немногочисленные вещи.

— Какое там беспокойство, мисс Эмма! – воскликнул Том. – А вот прогулка пешком – совсем иное дело: три или четыре мили… да что там, едва ли не все пять, вдобавок по грязи и слякоти, да еще после танцев всю ночь напролет! Прямо‑таки немыслимо, когда наготове уже стоят мои праздные лошади, которым некого возить, ежели не считать моей ничтожной особы. Вы просто обязаны принять мое предложение.