Книга Младшая сестра, страница 249 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

Понятия лорда Осборна были заимствованы из старомодных романов, где каждый герой, дабы очистить репутацию возлюбленной, непременно дрался по меньшей мере на трех дуэлях.

Вскоре после того, как Эмму уведомили о грядущем отъезде хозяина замка, в компании произошла перестановка: леди Гордон по нескольким соображениям уговорила мужа поменяться местами с братом. Одной из причин, побудивших ее к этому, было желание поговорить с лордом Осборном и узнать, что он думает о россказнях мисс Карр. Но кроме того она хотела нарушить слишком долгий, по ее мнению, тет-а-тет брата с Эммой, а в придачу доказать, что, вопреки инсинуациям коварной подруги, совсем не ревнует супруга.

Эмме всегда было приятно общество сэра Уильяма и разговоры с ним, а потому вторая половина прогулки доставила ей куда больше удовольствия, чем первая. Она не сомневалась, что сэр Уильям к ней расположен, и это приятное чувство делало его общество желанным. Что до скандальных намеков мисс Карр, то Эмма пребывала в полном неведении; ей и в голову не приходило, что ее общение с сэром Уильямом может вызвать у кого‑то подозрения.

Леди Гордон пустила в ход все свое красноречие и дар убеждения, диктуемые жгучим любопытством, однако не сумела заставить брата признаться, зачем и куда он уезжает и верит ли он сведениям мисс Карр. Насчет последнего лорд Осборн оказался особенно неподатлив и лишь воскликнул:

— Тьфу! Не спрашивай меня, Роза, про ее болтовню. Ты ведь знаешь, я никогда ее не слушаю.

Еще сильнее любопытство леди Гордон возбудил способ передвижения брата. Когда она уточнила, на чем он собирается ехать, он предложил сестре угадать. Но все ее попытки провалились. Напрасно Роза перечислила все его экипажи: он не собирался брать ни лошадей, ни слуг. Молодая женщина заключила, что братец, по-видимому, пойдет пешком, и цель его путешествия показалась ей еще более загадочной.

Молодой пэр был страшно горд тем, что сумел удержать язык за зубами, и с удовольствием мучил сестру, пока та не призналась, что она в полном недоумении; только тогда брат сказал ей в утешение: «Со временем увидишь».

В действительности на следующее утро его милость покинул замок в одноколке, сопровождаемый одним-единственным слугой, который провез его всего пару миль, а затем вернулся домой, оставив лорда с его саквояжем в маленьком придорожном трактире. Больше ничего выяснить не удалось, несмотря на все ухищрения служанки леди Гордон, хорошо знавшей, какое любопытство одолевает ее хозяйку. И все же, хотя поездка лорда Осборна была загадкой для его родных и друзей, для читателя она таковой не является, а потому мы безо всяких церемоний покинем нашего героя в вышеупомянутом трактире, откуда его забрала почтовая карета до Кройдона.

Компания, оставшаяся в замке, была слишком разнородной, чтобы назвать ее особенно приятной, и время от времени сэр Уильям, будучи наедине с женою, сетовал на то, что в обществе, где нет неженатых молодых мужчин, мисс Карр превращается в тяжкое бремя. Фанни не могла говорить ни о чем, кроме скандалов, и почти ничего не делала, так что сэр Уильям успел порядком устать от нее. Иногда гостья упражнялась на арфе, но не проявляла настойчивости ни в этом, ни в чем‑либо другом. Рукоделию, которое в том или ином виде являет собой общепринятое женское занятие и развлечение, ее не позволил обучить отец, ибо, по его словам, на свете слишком много несчастных, которые вынуждены зарабатывать себе шитьем на жизнь, а потому несправедливо лишать их куска хлеба. Что до литературы, то мисс Карр имела вкус лишь к самому легкому чтению, и единственной усладой ей служили романы, а в деревне в те времена было трудно разжиться достаточным запасом новых изданий. В итоге леди Гордон оставалось терпеливо выслушивать сетования супруга. Она не знала ни того, когда мисс Карр со всеми своими изъянами наконец уедет, ни когда возвратится лорд Осборн, а с ним – и хорошее настроение ее подруги, хотя Роза отлично сознавала, что вернуться они могут только вместе. Единственное развлечение, которое могла предложить Роза, – это небольшой званый вечер с танцами или нечто подобное, поскольку о театральном представлении, еще так недавно владевшем ее мыслями, она больше не заикалась. Праздник давал работу и уму, и рукам, ведь Фанни могла заняться новым нарядом, а если бы леди Гордон удалось совместить дневной и вечерний приемы, ее подруге выпадало счастье приготовить по меньшей мере два наряда.