Книга Спаси сердце короля, страница 104 – Фэя Моран

— Дайте мне минуту, и мы вернёмся к разговору.

— Ни к чему такая спешка, – усмехается мужчина. – Ваша прелестная подруга мне совершенно не мешает.

— Жена, – поправляет его Гай резким тоном.

— Ох, прошу прощения, виноват… Какая очаровательная у вас жена.

— Спасибо, – хихикаю я, прикрыв ладошкой губы, – и вы тоже хороши собой.

Рука Гая скользит к моей талии, и он легонько сжимает её, как будто пытаясь привести меня в чувства. Я ощущаю себя шкодливым питомцем, которого таким вот прикосновением хозяин пытается утихомирить. Как унизительно. Я вспоминаю слова Зайда. «Твоё поведение унижает Гая». Почему бы и нет?

Убираю его руку со своей талии.

— Прошу тебя, милый, – наигранно улыбаясь, начинаю я, – не распускай руки в присутствии всех этих людей. – А потом нарочно повышаю голос, продолжая: – Все грязности можешь делать со мной вдали от чужих глаз.

Гай ёрзает на своём стуле, и я понимаю, что одержала маленькую победу. По крайней мере, я знаю, что его можно вывести из себя. Ему явно неуютно. Он хватает мою ладонь и убирает со своего плеча, кладя её мне же на колени.

— Прекрати так вести себя, Каталина.

— Почему? – Я невинно хлопаю глазами, делая вид, что не понимаю, о чём речь. – Тебе не нравится? – А потом я быстро скольжу рукой по его паху, нащупав выпуклость, и добавляю: – И так тоже не нравится?

Гай выглядит шокированным моим прикосновением. Даже слегка дёргается. Какое зрелище!

— Хах, какая прелесть, – довольно ухмыляется мужчина, о котором я даже позабыла, хотя он всё это время сидел перед нами. – Завидую вам, мистер Харкнесс. У меня женой обзавестись пока не получилось. Надеюсь, судьба вскоре преподнесёт мне подарок в виде такой же очаровательной девушки.

В него тут же летит недобрый взгляд Гая.

— Завидовать тут нечему, – отвечает он, взяв себя в руки. – Сложно приручить.

У меня от злости на эти слова сводятся брови, и я уже успеваю пожалеть о том, что вообще села сюда и попыталась что-то доказать. Мне хочется сдаться, потому что подобное положение как будто унижает меня сильнее. Он слишком ловко повернул ситуацию в свою сторону. Я пытаюсь встать, но Гай вдруг сажает меня обратно одной лишь рукой. Замечаю, как он нарочно повышает голос, чтобы его слова были слышны окружающим, в том числе и его охране и собеседнику, говоря:

— Сиди на месте. Я не давал тебе разрешения вставать.

Твою мать… Я едва не задыхаюсь от возмущения.

Мужчина перед нами всё слышит. Но его совершенно не смущает происходящее. Как, кажется, и самого Гая.

— Что ж, вернёмся к делу, мистер Оллер, – произносит Гай. Его лицо слишком близко, но он, слава богу, на меня не смотрит. Одна его рука лежит у меня на обнажившемся из-за выреза платья бедре, и это лишает меня возможности здраво мыслить.

Соберись, – ругает меня внутренний голос. – Он не может одним своим прикосновением лишить тебя здравого рассудка! Не позволяй ему управлять тобой.

— Вы уверены, что не хотите продолжить разговор позже? – спрашивает мужчина, бросая на меня взгляд.

— Вас что-то смущает? – интересуется Гай.

И это со стороны выглядит так, будто он нарочно оставил меня сидеть на коленях. Это ведь деловая встреча, а Гай таким образом «диктует свои правила». И если он хочет, чтобы в процессе у него на коленях сидела девушка, так оно и будет. И собеседник не имеет права перечить. Мне кажется, многие в организации его недооценивали. Даже я.