Книга Найди сердце королевы, страница 167 – Фэя Моран

— Согласна, – сдаюсь я, опуская голову, хотя душа рвётся от паники. – Но… могу ли я сперва… увидеть его?

Вистан благосклонно кивает, Дианна поправляет роскошные блестящие волосы, будто ей совершенно безразлично то, что её брат едва не погиб от рук отца, а сейчас лежит где-то раненый.

Я ставлю себя на её место. Если бы я вдруг узнала, что нечто подобное произошло с Диланом, я бы не находила себе места. Страх потерять брата стал бы одним целым со всем моим существом. Я просто не понимаю, как сестра может быть такой жестокой по отношению к собственному брату.

Как члены одной семьи могут быть так несправедливы друг к другу?

— Мендес, проводи её к моему жалкому сыну, – произносит мужчина, щёлкая пальцами.

Джаспер встаёт, как послушный щенок, хватая перчатку и натягивая её обратно на руку:

— Есть, сэр. – Он обходит стол и протягивает мне свою ладонь. – Пройдём со мной, птичка. Посмотрим на твоего муженька.

Я морщу нос, не отвечая на протянутую руку, и просто следую к двери, обходя Вистана и Дианну. Горничные расступаются и не скрывают своих любопытных взглядов мне вслед. Они перешёптываются у меня за спиной.

— Куда это ты так спешишь? – усмехается Джаспер, нагоняя меня. Причём для этого ему даже не нужно бежать, ведь высокий рост позволяет ему поравняться со мной всего за парочку широких шагов. – Разве ты знаешь, где держат Гая?

Я останавливаюсь, поворачиваюсь к нему.

— Вот именно, – довольно добавляет он. – Так что прекрати быть такой злой и иди за мной.

Джаспер ныряет в очередной коридор, стены которого сплошь обвешаны картинами с семейными портретами. Но, в отличие от тех изображений, что я видела на втором этаже – действующей семейки Харкнессов, – здесь на меня глядят незнакомые лица. Я не успеваю изучить их, но мимолётно замечаю имена: Мортимер Харкнесс, Миранда Харкнесс, Тристан, Уильям, Селена, Фелисити… Я встречаю много незнакомых имён, но все они носят фамилию Харкнесс. На мужчинах и женщинах одежды разных времён. Вот картина XVIII века, вот XX-го, вот более современные фотографии.

— И представь только, и твой портрет в будущем могли бы повесить среди всех этих людей, – говорит Джаспер, заметив моё любопытство. – Жаль, что Вистан тебя так и не примет.

— Жаль, что ты такой болтливый идиот, – выдаю я в ответ, не желая вести с ним дружеские беседы.

— Удар ниже пояса, моя дорогая. Я ведь вроде к тебе со всей душой, а ты мне в неё плюёшь.

Он сворачивает за очередной угол, потом мы поднимаемся по лестнице, которую я вижу впервые. Так мы оказываемся в широком, почти королевском коридоре, пропахшем сладковатым приятным ароматом. Джаспер открывает боковую дверь.

— Входи, – говорит он. – Гай здесь. Когда закончишь миловаться, спускайся обратно. Дам тебе дальнейшие указания.

Джаспер уходит, оставляя меня с колотящимся от страха сердцем. У меня потеют ладошки от волнения, потому что я ужасно боюсь снова видеть беспомощность. Боюсь снова понять, что именно из-за меня Гай оказался в таком состоянии.

Я вхожу в комнату.

Взрослая женщина в белом халате поворачивается в мою сторону, едва я переступаю порог. Это большая спальня, исполненная в тёмных тонах. И тогда сразу становится понятно: спальня Гая. Видно, в дни, когда ему приходится ночевать в доме отца, он остаётся в своей комнате.