Книга Найди сердце королевы, страница 251 – Фэя Моран

— Я одурачила тебя так же, как ты одурачил меня, Гай.

И после своих слов я убираю руку с живота, демонстрируя искусственную кровь и полное отсутствие каких-либо повреждений на теле. Бросаю сам ножик в сторону.

Гай понимает всё и без дальнейших слов. Он понимает, что своим поступком я заставила его убить отца. А потом оборачивается и смотрит на друзей. Зайд всё ещё считает, что знает мой план полностью, он думает, после сотворённого я просто попрошу помощи у своего отца. А он ведь всё сделает ради своей любимой дочки. И даже простит врага, обеспечив ему защиту. Босса не будет, «Могильные карты» наконец будут ввергнуты в крах.

Именно в это Зайд всё ещё верит.

Взор зелёных глаз возвращается ко мне.

— Теперь ты свободен от одного бремени, – говорю я, – но крепко связан с другим. По моему повелению.

Гай наводит на меня взгляд, полный страха. Я думаю, сейчас в нём борются сразу несколько чувств. Смерть отца как подарок для него, как избавление от тяжкого прошлого, от человека, издевавшегося над ним многие годы… И вместе с тем Гай осознаёт, что теперь возглавит «Могильные карты» не по своему желанию, не защитив меня, а только из-за моего обмана. Что теперь каждый член этой крупной организации будет подчиняться ему одному. Что исполнилось то, чего он так боялся.

Я всё это устроила. Во имя мести. А он пока растерян и не понимает этого до конца.

Гай тянет руку в мою сторону, а я отстраняюсь, вставая на ноги.

— Не смей меня трогать, – мой голос звучит как лезвие ножа, которым я безжалостно режу всех вокруг. Я стараюсь выдавать всё, что сейчас чувствую. – Не надо.

— Каталина… – шепчет он.

— Ничего не говори. Не усложняй и без того сложную ситуацию.

Гай недоумевает. Теперь зелёные глаза полны изумления. Он хмурится, глядя на меня.

— Знаешь, – начинаю я, не отводя взгляда, – мне столько хочется тебе сказать. Например, напомнить про всю ту боль, которую ты привнёс в мою жизнь.

Он отшатывается от ужаса. Нервно сглатывает, рука, крепко держащая пистолет, роняет оружие. Гай качает головой:

— Каталина, пожал…

— Замолчи! – кричу я. – Не смей меня сейчас перебивать. Ты уничтожил мою жизнь. И знаешь, если бы у меня была такая возможность, я бы стёрла тот день, когда позволила себе тебя полюбить.

Его глаза теперь состоят из отчаяния и мольбы. Но несмотря на то, как жалобно он смотрит на меня, как безмолвно молит о прощении, я продолжаю говорить твёрдо:

— Я не хочу тебя ни слышать, ни видеть, ни знать. Я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни. Так, будто никогда и не существовал.

Гай встаёт, делает шаг вперёд, снова тянет ко мне свою ладонь. Нуждается в очередном доказательстве того, что я всё ещё стою перед ним и никуда не ушла. Или же он хочет удостовериться в том, что я просто какая-то голограмма или галлюцинация. Будто бы я снюсь ему. Что настоящая Каталина этого всего не бросила бы ему в лицо.

По-прежнему собираюсь противиться и делаю шаг назад, отходя от него и не давая ему приблизиться.

— Ты просто взял и сжёг мою жизнь, – цежу я сквозь зубы. – Ты не дал мне выбора, Гай. Ты снова и снова приносил мне боль и страдания. Ты уничтожил мою свободу, моё право на нормальную жизнь. Ты сделал меня подобной себе – бесчеловечным монстром, без чувств и сердца. И теперь ты получаешь то, что сам сотворил.