Книга Любовь и пряный латте, страница 56 – Мисти Уилсон

— Спасибо.

Слизень унес свою тыкву домой, но я все равно улыбаюсь при воспоминании о том, как Купер рыдал от смеха над нашей маленькой личной шуткой. И я считаю, что эта тыква навеки войдет в историю в качестве лучшей из моих работ.

Мама заглядывает в мой блокнот, но я тут же захлопываю его. Я никому не хочу показывать свои задумки. Я боюсь, как бы чужой негатив не уничтожил то хрупкое вдохновение, которое я ощущаю с тех пор, как приехала сюда.

Мама улыбается и говорит:

— Я очень рада, что ты снова рисуешь.

Шитье и моделирование всегда помогали мне сбежать от тягот повседневной жизни, но в какой-то момент у меня не осталось на это времени. И даже если оно появлялось, папа сразу же напоминал, что я потрачу его впустую, если начну опять заниматься одеждой. Но я пожимаю плечами, как будто ничего особенного не произошло, и киваю на экран.

— У меня просто появился неплохой источник вдохновения.

Мама оборачивается.

— «Практическая магия»? Знаешь, эти сестры всегда напоминали мне меня и Наоми.

— Правда? И какая из них ты?

Она улыбается грустной улыбкой, которая и на улыбку-то не очень похожа.

— Я думаю, ты сама догадаешься. – Мама поднимается с места. – Спокойной ночи, милая.

Вскоре ее шаги стихают на лестнице. Но не успевает она спуститься, как я уже понимаю, с кем из двух сестер она ассоциирует себя: с той, которая уехала из родного города и влюбилась не в того человека.

* * *

Во вторник я прихожу на алгебру и вижу, что на моей парте лежит печенье. Подумав, что кто-то занял мое место, я пересаживаюсь за другой стол. Но потом вижу, что к обертке приклеен стикер. И на нем написано «Эллис». Я обвожу взглядом класс и медленно пересаживаюсь на прежнее место. Купер сидит поодаль и не отрывает глаз от Хлои, которая оживленно что-то рассказывает.

В класс заходит миссис Ханби, и, пока она готовится к уроку, я отрываю от печенья небольшой кусочек и кладу в рот. Лимонное. Я улыбаюсь про себя.

Я снова бросаю взгляд на Купера. Он смеется, что-то рассказывает друзьям и совершенно не замечает, что я нашла печенье.

Но это точно он принес.

Так, почему он продолжает покупать мне печенье? Просто так? Или я сама хочу, чтобы причина была более веской? Этот жест что-то значит для меня? Не слишком ли много я об этом думаю? Может быть, печенье – это всего лишь печенье.

— Эллис? – говорит миссис Ханби.

Я возвращаюсь в реальность.

— Да?

Она улыбается.

— Я спросила, не хочешь ли ты выйти к доске и решить нам это уравнение.

Кровь приливает у меня к щекам.

— О, конечно.

Я отметаю в сторону посторонние мысли. И чувства тоже.

Очевидно, печеньки тоже способны отвлекать от главного.

* * *

У Слоаны после уроков театральный кружок, а я набрасываю на плечи кардиган и выхожу из школы. Чем ярче становится листва, тем сильнее меня тянет на улицу. Сегодня солнце светит ярко, но воздух прохладный. Я сижу, прислонившись спиной к широкому стволу дерева, и рисую, когда вдруг на меня падает чья-то тень. Я прикрываю глаза рукой от солнца и, прищурившись, вижу нависшего надо мной Купера.

— Подвинься, – говорит он.

Я сдвигаюсь в сторону, так что напротив меня оказывается огромный, торчащий из земли корень, но рядом места все равно мало. Однако Купер все равно втискивается между мной и корнем.

— Что делаешь? – спрашивает он, кивнув на мой блокнот.