Книга Апокалипсис 1920, страница 77 – Артем Рудик, Вика Вокс

— Он не подпустит меня к должности даже если я избавлюсь от любых альтернатив. Потому что он давно меня знает, и может доказать Обществу, что я собираюсь их уничтожить. Как минимум, я могу сказать, что он живёт достаточно долго, чтобы его авторитет был весомым среди владык доменов.

— Насколько долго?

— Тысячу лет, может даже полторы. Он не сильно младше некоторых "постоянных" членов Внутреннего круга. Приближённые проклятые могут прожить очень и очень долго. Этот прохвост успел побывать царём Бьярмии, понаставить себе золотых статуй и в итоге уйти в слуги Общества. Но и он тоже всего лишь человек. Он ошибается. А мне везёт. И он меня боится.

— Почему тогда он не отстранит тебя сейчас?

— Потому что ты у меня в лапах. И авторитет поступка Марии пока меня протаскивает. Но и то, и другое, лишь временное преимущество, которым надо правильно воспользоваться. Поэтому мы устраним самого сомневающегося во мне.

— И ни у кого в этом вашем Внутреннем круге не возникнет вопросов?

— Это будет в праве будущего Короля.

— Я, кажется, ничего не понимаю в ваших странных традициях.

— Не удивительно. Они старше любой цивилизации. В любом случае, тебе и не надо ничего понимать, mate. Ты, главное, следуй моему плану. – я протянул лису колбочку.

— И что мне с ней делать?

— Закинуть в рот Юмале одним метким броском. Так, чтобы он сам случайно её перекусил.

— Прошу... прощения?

— Всё просто. Когда мы спустимся и дойдём до точки встречи, у нас отнимут оружие. Капсулу ты спрячешь под язык, и лишний раз постараешься не двигать челюстью. Говорить буду я. Юмала мне не доверяет, а поэтому не подпустит близко. Но вот тебя я ему передам. Ты встанешь рядом, незаметно достанешь колбочку и со своей незаменимой способностью закинешь её ровно в такт смыкания челюстей. Понятный план?

— Ты уверен, что это лучшее решение?

— Да. Никто не ожидает такой операции. Особенно от тебя. Не находишь, что твою способность считают не такой уж и опасной?

— Я и сам считаю её таковой. По сравнению с Йозефом...

— Что? Фактически одноразовая способность распылить любого, лишаясь одежды и теряя силы, может быть опаснее умения рассчитывать и буквально видеть траектории? Так многим кажется. Поэтому Йозефа все боятся, не подпускают к себе и стреляют наверняка. То же и с вашей подругой. Да, она смертоноснее любого обычного человека. Но именно поэтому к встрече с ней многие могут оказаться готовы. Мы же, с тобой, из той редкой касты проклятых, от которых обычно не ожидают подвоха. Более того, наши возможности часто приуменьшают. И именно потому мы опасны. Понимаешь?

— Ха, мотивировать ты точно умеешь...

Вместо ответа, я показал ему свой чёрный и длинный язык, искажённый проклятием. Феликс посмотрел на меня нерешительно, будто обдумывая, что именно я хотел показать ему этим жестом. А потом взял в руки ампулу и аккуратно поместил её под язык. Теперь всё зависело от моей удачи. И пока она мне всё ещё не изменила.

Мы с Мартином, неизменно прибывавшим в военной форме, проходили один тёмный туннель за другим, не имея при себе ни фонаря, ни факела. Мы просто шли, будто бы наугад. И если мой демонический глаз ещё улавливал очертания стен, то как Мартин столь ловко петлял по абсолютно непроглядной тьме, ни разу не спотыкаясь и не пропуская нужные повороты, для меня оставалось загадкой. Для меня он, в целом, оставался загадкой.