Книга Тихий лес, страница 70 – Артем Рудик

Он был столь силён, что мой правый клык мигом раскрошился. При этом, сломанный зуб выпустил из себя какую-то жидкость, которая тут же смешалась с заполнившей мой рот кровавой слюной, сделав её густой и вязкой. Когда это произошло, я вдруг вспомнил о подарке Бога Ветвей. За всей этой чехардой, я совсем забыл про зубы, что должны позволить мне сожрать то, что нельзя убить.

До сих пор я ни разу ими не пользовался. Более того, я совсем не знал как это делать. И даже теперь, лёжа на холодном полу истекая кровью, я едва ли мог рассчитывать на то, чтобы подняться и укусить своего противника. Однако жидкость, заполнившая мой рот, возможно могла меня спасти. По крайней мере, мне хотелось думать, что она то как раз и должна стать тем, что поможет мне повергнуть бессмертного брата.

Король, к тому моменту, как я получил свою последнюю надежду, уже подошёл к тому месту, где я лежал и занёс топор над моим бренным телом:

— Слабоумие и отвага. Ты разочаровываешь даже больше, чем Небыль и Агнец. Но, поскольку теперь твой путь окончен, я дозволяю тебе сказать последнее слово. Подумай над ним хорошо, чтобы не опозориться хотя бы перед самой смертью.

Пусть это было глупо и очень самонадеянно, но вместо ответа, я плюнул ему прямо в лицо. Король пошатнулся, выронил своё оружие, закрыл руками свой аристократический лик и вдруг упал.

Когда я поднялся, сплюнув остатки смертоносной жижи в сторону, мой противник, только что готовившийся праздновать победу, уже застыл на полу в полном ступоре. Его мышцы затвердели и застыли, а единственной вещью, которая свидетельствовала о том что он ещё жив, были глаза. Они испуганно двигались, следя за всеми моими действиями.

Я приблизился к его окоченевшему телу и склонился над ним:

— Может я тебя ещё раз разочарую, но я не горю желанием делать то, что должен. Тем не менее у меня нет другого выхода. Я бы мог попытаться облегчить дальнейший процесс чем-то или позволить сказать тебе последние слова. Но первое не позволят сделать твои кости, а второе мой парализующий яд. Если честно, я и сам не думал, что это сработает. Но теперь пути назад уж точно нет. Прости меня, Король.

С этими словами я вцепился в его плоть, отрывая куски и тут же проглатывая их, не особо жуя. С каждым съеденным кусочком, я чувствовал, как становлюсь сильнее. Моё тело активно заживлялось и даже череп стал активно восстанавливать утраченные части. Кроме того, вместе с силами, в моём разуме стали возникать воспоминания и образы, которых там раньше не было.

Вместе с их приходом, я понял, что сегодня, на этой арене, Охотник умер. Всё потому, что с новым грузом воспоминаний и стремлений, я уже явно был кем-то другим. Ни Изгоем, ни Королем, а чем-то новым, рождённым из их симбиоза.

Сначала думал я, что имя — серафим, И тела легкого дичился, Немного дней прошло, и я смешался с нимИ в милой тени растворился. Осип Мандельштам, "Я в хоровод теней…"

Сказание четвёртое — Каин

Мысли собирались воедино из разрозненных кусочков, обретая определённую, вполне чёткую форму. Воспоминаний, собранных таким образом было не так уж и много, но все они давали мне чуть более чётко заглянуть в прошлое. Кроме того, теперь я помнил и то, что случилось с Королём Волков за всё это долгое время.